Темные пятна Глеба Павловского. Изнанка жизни российского «либерального» политолога

Политолог Глеб Павловский в своем офисе в центре города, 10 августа 2011 года, Москва. Фото Анна Артемьева/ Новая Газета

Все-таки удивительно, с какой самоуверенностью и при полном незнании фактических обстоятельств некоторые люди выносят категорические суждения и создают мифы.

Еще недавно Варвара Горностаева, Зоя Светова и Борис Акунин вдохновенно героизировали Олега Радзинского, а сегодня уже Игорь Яковенко рассказывает небылицы о Глебе Павловском. Оказывается, тот не только «гуру либеральной тусовки» и «властитель умов для либеральной интеллигенции», но и в биографии у него нет ни единого пятнышка, пишет на страницах «Грани.Ru» Александр Подрабинек.

У Павловского? Пятнышка? Да там огромное мутное пятно с грязными прожилками!

Не буду ничего писать заново и самым нескромным образом процитирую собственную статью, опубликованную 25 лет назад в еженедельнике «Экспресс-Хроника».

«Летом 1974 года у некоего доцента Одесского университета КГБ забирает «Архипелаг ГУЛАГ». Перепуганный доцент указывает на Павловского, а тот в свою очередь, недолго думая, показывает на Вячеслава Игрунова. Игрунова тащат на допрос, он отрицает показания Павловского, требует очной ставки. Войдя во вкус, Павловский указывает и на других людей.

По его показаниям вызывают в КГБ А. Катчук, В. Судакова, С. Макарова, Ю. Шуревича, С. Арцимович. Павловскому делают в КГБ «предупреждение», где написано, что он «в течение многих лет получал и распространял литературу идейно вредного и антисоветского характера». Протокол Павловский, конечно, подписал.

Он пишет также «собственноручное заявление в органы», дает следствию показания на Игрунова. На этих показаниях, в частности, строится обвинение Игрунова в клевете на советский строй. Игрунова приговаривают к принудительному лечению в психиатрической больнице. Впрочем, и тут Павловский чекистов обманул. На суде он отказывается от своих показаний, лукаво заявляя: «Я коммунист по убеждениям и считаю, что такой суд невозможен в социалистическом обществе». («Хроника текущих событий», № 40, 1976 г.)

В конце 70-х годов Павловский включился в работу по изданию неподцензурного журнала «Поиски». Публиковался под псевдонимом П. Прыжов. После того как один из редакторов «Поисков» Виктор Сокирко покаялся на суде и попросил снисхождения, Глеб Павловский забеспокоился. Он пишет открытое письмо «Нужно ли уметь капитулировать?».

Вскоре, на собственном суде, он однозначно и положительно отвечает на этот вопрос. Еще 7 февраля 1980 года в своем заявлении Павловский писал: «Я намерен последовательно воздерживаться от участия – как личного, так и литературного – во всякой политической деятельности (независимо от моего морального отношения к ней). Сюда входят отказ принадлежать к любым организациям, имеющим политические цели; отказ от любых политических заявлений, интервью, равно от поддержки таких заявлений личным участием в них» («Приговоры по политическим делам в СССР», серия V, 1992 г.).

Суд вошел в положение просителя и дал Павловскому ссылку. Благодарный Павловский вошел в положение чекистов и дал показания на Алексея Смирнова, обвинявшегося в «антисоветской агитации и пропаганде» и осужденного затем на 6 лет лагерей и 4 года ссылки. Не то чтоб откровенно уличающие Смирнова показания, но, как выразился сам Смирнов, это были «уловки и увертки», позиция «лавирования».

Сколько раз Глеб Павловский обманывал чекистов, а сколько раз – своих товарищей, установить будет, наверное, нелегко. Да и надо ли?» (Александр Подрабинек. «Великая сила дезинформации». «Экспресс-Хроника», 01.04.1994)

Известный советский диссидент Владимир Гершуни, хорошо знавший Павловского, писал о нем так: «Павловский, человек волевой и верткий, наделен недюжинными способностями, которые сам давно оценил и за которые с тех пор требует у общества повышенной платы и повышенных льгот, в том числе и моральных. В открытом самиздатском письме С. В. Калистратовой (1980 год) Павловский отстаивал право на эти льготы для тех «лучших из лучших», кто являет собой не просто соль земли, а «соль соли»!

Из контекста прозрачно просматривалось, что Глеб имел в виду прежде всего себя. Он отстаивал право пересоленных талантов отбросить брезгливость, когда надо уберечь от опасности и неудобств свою драгоценную персону. Например, за счет полюбовных сделок с КГБ. За каким чертом, дескать, им делить нары и хлебать баланду вместе с иными-прочими?» (Владимир Гершуни. «Слуги оставляют отпечатки пальцев своих господ». «Экспресс-Хроника»», 01.04.1994)

К характеристике Павловского, данной Владимиром Гершуни, трудно что-либо добавить. В те времена все это было хорошо известно. Потом забыто за ненадобностью. А теперь либеральный публицист Игорь Яковенко зачем-то лакирует эту сомнительную фигуру. Я полагаю, что для красного словца и не по злому умыслу, но все же с историческими фактами надо обращаться бережно. Легкомысленное отношение к ним я бы не приветствовал.

Александр Подрабинек, «Грани.Ru»

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...