«Союз добровольцев Донбасса» распространяет информацию о наступлении на Мариупольском направлении

Наемник «ДНР» заявил, что по возвращению в Беларусь его завербовал ГУБОПиК. Его хотели отправить в Украину для внедрения в «Правый сектор».

Денис Глазкин из Логойского района поехал воевать за «ДНР» в сентябре 2014 года. На Донбассе он успел послужить в четырех подразделениях – последним был батальон «Спарта». 36-летний боевик рассказал корреспонденту «Belsat.Eu» Екатерине Андреевой, что по возвращении в Беларусь его вызвали в ГУБОПиК, предложили агентурную работу, и он согласился.

По образованию Глазкин – художник, оформители интерьеров, но говорит, что темой войны интересовался с детства, ведь вырос в семье военнослужащего. Однако от срочной службы он «откосил» – симулировал проблемы со здоровьем. В 2005 году Глазкин был осужден на 3 года «химии» за хулиганство. На воле зарабатывал на жизнь оформлением квартир, жил в деревне Плещеницы под Логойском, семьи не заводил. Его биография была довольно ординарной, пока весной 2014 года Глазкин не познакомился в соцсетях с девушкой из Донбасса.

«Тогда как раз начались эти события, много информации ко мне прилетало и из интернета, и с телевидения. Изначально я не собирался воевать, а мечтал вывезти оттуда свою девушку», – говорит Денис.

Денис Глазкин, фото из соцсетей.

Пара назначила встречу в Ростовской области. По словам Глазкина, он специально ни с кем не связывался перед выездом, ехал «увидеть любимую». Но между ними произошло недоразумение. Денис, пожив некоторое время недалеко от границы с Украиной, наслушался прифронтовых слухов и решил присоединиться к так называемому «ополчению». Он двинулся в сторону Донецка в надежде присоединиться к одному из формирований.

Галопом по подразделениям

«В сентябре 2014-го перешел границу через КПП «Матвеев Курган» в Донецкой области и поехал в Донецк. Первое подразделение, куда я попал – это «Беркут», который входит в структуру «МВД «ДНР», там еще были казаки. В мои задачи входила охрана блокпоста у шахты Скачинского в Кировском районе, а также патрулирование улиц», – говорит боевик.

Примерно через несколько недель Глазкин перешел в 4-й батальон «Сварожичи» – подразделение внутри бывшего батальона «Оплот», который до конца 2014 г. по количеству личного состава достиг размеров бригады. Именно бойцы «Оплота» считались «личной гвардией» лидера боевиков Александра Захарченко. Благодаря контактам в «Оплоте» в октябре белорус официально вступил в ряды «внутренних войск «ДНР», где после непродолжительного обучения ему присвоили специальность пулеметчика.

«Я очень хорошо разбирался в оружии, поэтому довольно быстро научился обращаться с пулеметом. Надо сказать, иногда попадались абсолютно новые, даже не пристреляные пулеметы российского производства. Мы держали Петровское направление, вблизи Донецкого аэропорта».

Подразделение, в котором воевал Денис Глазкин.

Глазкин утверждает: во «внутренних войсках» он не сдал экзамены по физподготовке и его разжаловали из группы быстрого реагирования в хозяйственный взвод. В декабре он подает рапорт на увольнение и переходит в артиллерию «Сомали» под командованием «Гиви» (Михаила Толстых, убитого в феврале 2017).

«В «Сомали» меня назначили старшим наводчиком пушки, у нас была батарея Д-30 (гаубица 122-мм). Хотя я раньше никогда из пушек не стрелял. Стояли в Авдеевке, работали по аэропорту».

Глазкин в Донбассе.

Глазкин утверждает, что денежного вознаграждения за службу не получал. Но средства были нужны – иногда их присылала мать из семейных сбережений. В январе 2015 года Глазкин стремился поучаствовать в боях под Дебальцево, но мать категорически потребовала, чтобы он вернулся домой и отказалась выслать деньги. Боевик в очередной раз написал рапорт и поехал в Беларусь.

«Чекисты даже обыск не проводили»

По словам боевика, пока он отсутствовал, к родным правоохранительные органы не приходили, его судьбой у родителей никто не интересовался. Возможно, на тот момент силовики не имели сведений об участии Глазкина в войне.

«Вернулся я в Плещеницы в январе, а где-то в марте ко мне впервые приехали чекисты из Минска. Спрашивают «Был?» Я говорю: «Нет, в гости ездил». Ну они и свалили, даже обыск не проводили.

А примерно через полмесяца в дом ворвался «Алмаз» в масках, меня сразу положили на пол. Подняли мать, она была дома тогда. Странно, что не лазили особенно нигде, сверху в ящиках посмотрели. Но меня избивали сильно, по ребрам, спрашивали, кого из белорусов я знаю. Ну, я назвал некоторых – «Макара», «Белого», но о них и так в интернете писали».

Штампы в паспорте боевика свидетельствуют о неоднократном пересечении российско-украинской границы.

Если верить моему собеседнику, то этой силовой акцией оперативники припугнули его, прежде чем предложить сотрудничество. По словам Глазкина, через несколько дней ему нужно было явиться в Минск, на беседу в ГУБОПиК (Главное управление по борьбе с организованной преступностью и коррупцией).

При этом ему не сообщали, является ли он фигурантом какого-либо уголовного дела. В кабинете силовики уже абсолютно по-другому себя вели: «реагировали положительно», когда он признался, что воевал на Донбассе.

Боевик утверждает, что не хотел соглашаться на сотрудничество с силовиками, поэтому искал способа уехать из Беларуси. В мае 2015 г. он написал своему знакомому из батальона «Спарта» – белорусу Сергею Савичу (известен под позывным «Белый») и отправился в Донбасс.

Задание куратора – поехать в Украину

«Белый» встретил Глазкина на вокзале в Донецке и отвез в расположение «Спарты». Белорус взял себе позывной «Малевич» и специальность сапера. Но в какой-то момент у него случился конфликт с командованием. Он не хочет раскрывать детали конфликта и говорит, что «много нюансов» и «сам мало понял причину».

В результате он провел 30 дней «на подвале». Когда арест закончился, оставаться в «Спарте» впредь не было возможности и боевик решил снова вернуться в Беларусь. Таким образом, с перерывами, белорус провел в Донбассе в составе различных формирований около 8 месяцев.

Глазкин (справа) со своим сослуживцам по «Спарте».

То, что «Малевич» на самом деле был в «Спарте», нам подтвердил боевик подразделения Станислав Канюшевский из России.

Скрин переписки со Станиславом Канюшевским.

Боевик говорит, что ему приходилось убивать украинцев, но «их было немного, меньше десяти». В больших операциях он участия не принимал, кроме аэропорта, но и там непосредственно при штурме не присутствовал. В августе 2015 он окончательно вернулся на родину.

Через некоторое время его вызвали в ГУБОПиК и начали настаивать на подписке о сотрудничестве.

«И у них получилось, я подписал. Я до сих пор не знаю ни одной фамилии тех, кто со мной работал. Мой куратор представился именем Андрей. Сначала тема, которой мне сказали заниматься – черные копатели, которые находят различные боеприпасы и хранят их дома. Мне нужно было выявлять таких и сообщать оперативникам. Также меня внедряли к минским казакам, так как была информация, что они какое-то оружие имеют. И я что-то там действительно нашел… Мне это немножко даже нравилось».

Скриншот из сообщества «Вконтакте».

Были в работе агента и свои привилегии. Когда Глазкина с друзьями задержали пьяными в центре Минска и доставили в РОВД, то милиционер очень быстро отдал ему паспорт и извинился за неудобства.

Глазкин отказывается называть свой агентурный псевдоним, но рассказывает: его функция в подписанном им документе под названием «внештатный сотрудник с привлечением к внедрению». Косвенное подтверждение рассказа Глазкина находим в сообществе копателей «ВКонтакте»: в начале 2016 г. он действительно искал там знакомств.

«Однажды я сказал куратору: или вы даете мне что-то серьезное, или я не буду продолжать сотрудничество. Тогда он предложил поехать в Польшу, войти в круг лиц, приближенных к «Погоне», «Правому сектору» и собирать информацию о белорусах, которые воюют на стороне Украины.

Их тогда интересовали именно те ребята, кто по Донецкому направлению работает. Потом мне нужно было поехать в Украину самому. Фактически, быть на стороне моего противника».

Хотя Глазкин ранее нигде не «светился» и его данных в базе «Миротворца» нет, он счел поездку в Украину слишком рискованной. От задания куратора Глазкин отказался. После этого он уехал в Москву и нашел себе работу по специальности.

Сейчас он живет в Москве, занимается оформлением квартир, но на родине бывает регулярно. Во время нашего интервью Глазкин находился в Беларуси, в деревне Плещеницы. Он не исключает, что в будущем еще поучаствует в войне.

«Сейчас Союз добровольцев Донбасса распространяет инфу, что скоро будут собирать людей на южное направление, в район Азовского моря. Наступление будет по-любому, думаю, ближе к весне».

Денис Глазкин – не единственный боевик, который заявлял, что его завербовали белорусские силовики. В январе 2017 года экс-боец «ЛНР» Сергей Трофимов, рассказал о своем сотрудничестве с КГБ в качестве «интернет-тролля». После публикации прокуратура Луганской области объявила: по поводу информации, которая появилась в СМИ, начато следствие по ч. 5 ст. 260 Уголовного кодекса Украины (участие в незаконных вооруженных формированиях, что повлекло за собой гибель людей). Пока продолжается расследование, сам боевик находится в Беларуси на свободе.

Екатерина Андреева, «Belsat.Eu»

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...