Путинизм и последняя война России

Чтобы понимать, что такое «путинизм», в нем надо жить!

В последнее время в сети снова распространяется материал Аркадия Бабченко “Последняя война России”, несмотря на то, что прошло уже три года с его первой публикации, актуальности он не теряет. Этим и объясняется его ежегодная перепубликация.

Если посмотреть прямо сейчас, то среди различных сообщений на странице Facebook российского журналиста Аркадия Бабченко можно найти саркастичный пост, где он с усмешкой в конце процитировано высказывание Путина двух годичной давности.

“Хочу подчеркнуть, ни о каких наземных операциях и участии российских воинских подразделений в наземных операциях речи не идёт и идти не может” – Владимир Путин, 1 октября 2015.

Хе-хе…

"Хочу подчеркнуть, ни о каких наземных операциях и участии российских воинских подразделений в наземных операциях речи не идёт и идти не может" – Владимир Путин, 1 октября 2015. Хе-хе…

Geplaatst door Аркадий Бабченко op Zondag 1 oktober 2017

Сарказм автора может быть совсем не понятен, но еще в самом начале российско-украинской войны, Аркадий Бабченко, написал строки, до сих пор не потерявшие актуальности. В этих строках, озаглавливаемых «Последняя война России» – отражается вся глубина морально-нравственной деградации российского общества и россиян:

Я думаю, когда потомки будут изучать это время, в которое мы сейчас с вами живем, они не смогут описать его.

Потому что, чтобы понимать, что такое «путинизм», в нем надо жить.

Даже наши ближайшие соседи этого не понимают. Украинцы мне пишут — «Россия, просыпайся». Да мы не спим, блин…

Некоторое время спустя, этот авторский текст был использован в фильме «Последняя война России» наглядно иллюстрирующем то, о чем говорит автор в своем послании.

Я думаю, мы сейчас наблюдаем становление самой страшной для России войны за двадцатый и двадцать первый век. Не в смысле количества погибших, а в смысле того, что происходит сейчас с обществом.

Еще ни одна нация ни за одну войну не додумалась до того, что можно за деньги отказываться от имен своих павших мужей. Что можно за компенсацию или квартиру снять имя своего мужа с его могилы. Что можно отказаться от имени павшего отца своих детей. Что можно выдавать погибшего за живого. Что можно соглашаться с тем, что их несуществующие вроде как тела будут закопаны в безымянных могилах в несуществующей вроде как войне в несуществующей вроде как стране.

Как можно быть десантником, каждый день проходить по плацу мимо плакатов «честь, отвага, доблесть», а потом подчиниться подполковник кагэбэ и по его приказу пойди умирать, ДОБРОВОЛЬНО отказавшись от своего имени, стерев воспоминания о себе из окружающей жизни — я не понимаю этого.

В Чечне мы делали смертники из стальных ложек, потому что если будешь гореть в бэтэре, то штатный аллюминиевый смертный медальон плавится — и это было главным посылом той войны: быть опознанным. Иметь возможность быть похороненным. Иметь право хотя бы на свое имя, если уж на жизнь не получилось. И наши командиры нам только помогали в этом.

Посыл же этой войны — быть неопознанным. Умереть без собственного имени.

Я не понимаю, как можно скупать своих погибших граждан, тобою же и посланных на войну.

Я не понимаю, как можно продать своего погибшего мужа, сына, брата за компенсацию.

Я не понимаю этого.

Это реально страшно.

Я говорю, что это будет последняя война для России не потому, что ей не хватит сил или экономики.

Это будет последняя война для России, потому что процесс распада этноса уже практически завершен. Моральная деградация нации уже практически состоялась. И эта война только добьет её.

Да и нет уже больше никакой нации. Нет никаких общностей, которые могли бы сказать о каждом своем члене — «мы».

Эта территория населена отдельными группками и сообществами агрессивных озлобленных людей, случайно соединенных друг с другом внешними обстоятельствами, ненавидящих всех прочих, кто не входит в их стаю — и никакой нации здесь уже не существует.

Когда человека сами же пытаются убить за то, чтобы не мешал им сдыхать безымянными пронумерованными трупами на необъявленной войне с замалеванными краской бортовыми номерами и снятыми погонами под табличкой с номерком… Я не знаю, что дальше еще нужно говорить.

Каждый раз, когда я в сводках встречаю имена своих знакомых, я каждый раз удивляюсь — ну вот с ним-то точно ничего не могло было произойти.

Источник – Аркадий Бабченко

Читайте также  Кремль трудоустраивает европейских «друзей» Путина

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...