Россия не рискнула идти на Идлиб. О влиянии Эрдогана на Кремль и Путина

Россия внезапно отказалась от военной операции в сирийской провинции Идлиб, из-за которой обстановка в регионе в последнее время серьезно накалилась – против нее выступал Запад во главе с США и Турция. Однако Россия до последнего настаивала на необходимости военных действий в Идлибе и, по данным СМИ, даже наносила удары по местным боевикам.

Но в понедельник Владимир Путин и президент Турции Реджеп Эрдоган договорились, что операции не будет: в Идлибе создадут демилитаризованную зону, из которой должны будут выйти радикальные боевики. По мнению обозревателя «КоммерсантЪ» Максима Юсина, именно Идлиб может стать самым серьезным за последнее время испытанием для российско-турецких отношений.

Реджепа Тайипа Эрдогана в последнюю пару лет российские официальные СМИ часто изображают чуть ли не другом Владимира Путина, уж во всяком случае, привилегированным партнером, готовым вместе с Москвой давать отпор Соединенным Штатам. Насколько это упрощенная, идеалистическая, не соответствующая реальности картина, можно убедиться на примере мучительного диалога, который идет между Россией и Турцией о судьбе сирийской провинции Идлиб.

https://politua.org/2018/09/18/49839/

Если до сих пор многие подобные вопросы решались относительно безболезненно, на сей раз, похоже, нашла коса на камень. Слишком уж принципиальна тема Идлиба для турецкого президента. Горячие головы в Москве, которые предлагают, не считаясь с возражениями Анкары, провести масштабное наступление на мятежную провинцию и как можно быстрее ее отвоевать, видимо, не вполне учитывают это обстоятельство.

Для Эрдогана Идлиб – это «ближнее зарубежье», как для Москвы – Украина, Абхазия, Южная Осетия или Приднестровье.

Судьба этой провинции – не только внешнеполитический, но и внутриполитический вопрос. Среди действующих там группировок – немало турецких клиентов, которых Анкара вооружает и финансирует, неся за них ответственность.

https://politua.org/2018/09/18/49836/

Кроме того, существует проблема миграционных потоков. По данным Турции и международных гуманитарных организаций, в Идлибе, помимо десятков тысяч боевиков, находятся до 3 млн мирных жителей. Это не только исконное население провинции, но и члены семей оппозиционеров, переехавших туда после ликвидации антиправительственных анклавов, существовавших по всей Сирии.

Эти люди едва ли захотят по доброй воле вернуться под власть Башара Асада, а, значит, в случае массированного наступления сирийской армии они хлынут в Турцию, а куда еще? Других государств поблизости нет. И туркам придется либо взвалить на свои плечи содержание еще и этих вынужденных переселенцев, плюс к 3 млн сирийских беженцев, уже живущим в стране, либо выпустить их в Европу, что неизбежно вызовет очередной миграционный кризис в ЕС.

И тогда те же Германия, Австрия, Франция или Италия будут высказывать претензии, в том числе, России, не сумевшей (или не захотевшей) помешать наступлению на Идлиб войск Башара Асада.

https://politua.org/2018/09/18/49832/

В общем, ситуация гораздо сложнее, запутаннее, чем может показаться на первый взгляд. И президентам Путину и Эрдогану, которым приходится вести переговоры на эту тему во второй раз за месяц, действительно есть что обсудить.

Анкара склоняет Москву к компромиссному варианту – не отвоевывать весь Идлиб, позволить туркам обеспечивать безопасность на значительной части территории провинции, в том числе подавлять наиболее радикальные джихадистские группировки. Плюс этого варианта в том, что из районов, оказавшихся в турецкой сфере влияния, не стоит ожидать потока беженцев. Минус – в том, что о территориальном единстве Сирии, которое обещал восстановить Башар Асад, на какое-то время придется забыть.

Но, возможно, это и станет тем компромиссом, на который придется пойти победителям в сирийской войне – не только Дамаску, но и стоящим за ним Москве и Тегерану.

https://politua.org/2018/09/18/49829/

Потому что безоговорочной капитуляции противников (а в их числе – ключевые региональные державы) в любом случае ждать едва ли стоит. Им тоже надо дать возможность сохранить лицо и отстоять свои геополитические интересы. Хотя бы в отдельно взятой провинции. В случае если эту логику не удастся воплотить в жизнь, отношения Москвы с Анкарой могут ждать серьезные испытания.

Максим Юсин, «КоммерсантЪ FM»

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...