Марафонская битва. Кто ведет: президент или масс-медиа?

Решение наконец-то провести долго откладываемую пресс-конференцию президента в формате многочасового пресс-марафона стало попыткой ответа команды Зеленского на обвинения в боязни общаться со СМИ. Однако ответ этот однозначным не получился.

Решение Офиса президента все-таки провести большую пресс-конференцию в необычном формате пресс-марафона, да еще и в нестандартном для таких мероприятий заведении общепита, оказалось неожиданным и для общественности, и для самих журналистов, пишет на страницах «Деловой Столицы» Виталий Дяченко.

«Несмотря на то, что анонс пресс-марафона появился менее чем за 24 часа до начала мероприятия, аккредитоваться на первую большую пресс-конференцию нового президента успело более 300 журналистов, что обещало настоящий медийный марафон продолжительностью не менее 10 часов», – пишет журналист.

Надо признаться, что многие журналисты встретили подобное новшество с нескрываемым недоумением. Зачем мол было менять то, что и так нормально работало, при чем не только в Украине, превращая пресс-конференцию в страшно затянутое действо с гарантированными повторами, самоповторами, на фоне эмоционального и физического истощения всех участников и неминуемых конфликтов за доступ к телу президента.

«Однако, сам пресс-марафон некоторым образом дал понять, зачем команде Зеленского понадобилось экспериментировать с форматами», – отмечает Дяченко.

Кремлевское отползание от Штайнмайера. Путин принуждает Украину к сдаче

Собственно, оттягивать пресс-конференцию, которая изначально планировалась к 100 дням президентства Зеленского, дальше было уже не куда. После подписания в Минске «формулы Штайнмайера», достаточно неуверенного брифинга Зеленского по этому поводу, и акций протестов «Нет капитуляции», которые последовали за всем этим, вопрос плохой коммуникации Зеленского с обществом встал особенно остро. И пресс-марафон должен был по замыслу организаторов нивелировать все эти обвинения.

Почему именно марафон

Что же касается нового формата, то он, по идее, должен был с одной стороны продемонстрировать инаковость Зеленского по сравнению со «старыми политиками», исключительную открытость главы государства и простоту, а с другой скрыть объективные слабости Зеленского в вопросах публичной коммуникации.

«Формат, при котором более 300 журналистов разбили на группы по 7-10 человек, и каждая из этих групп получила по полчаса (правда, мало кто уложился в это время), чтобы, сидя с Зеленским за одним столом в непринужденной личной беседе могла задать свои вопросы. При этом непринужденной 10-часовой беседы позволяет несколько нивелировать не очень хорошее умение Зеленского формулировать свои мысли», – подчеркивает Дяченко.

В формате обычной беседы некорректные формулировки не так бросаются в глаза. К тому же после целого дня непрерывного общения, которое даже профессиональные журналисты вряд ли имели бы возможность прослушать полностью, достаточно сложно обвинить президента в замалчивании чего бы то ни было. А такие обвинения звучали в последние дни очень часто.

Разведение сил на Донбассе. В какие игры играет Путин против Украины

«Что же касается общих впечатлений от мероприятия, то, в связи с его крайне затянутым форматом, они получились очень неоднородными. Другое тут вряд ли было возможным. В целом пресс-марафон можно разделить на несколько этапов», – отмечает Дяченко.

Ласковая прелюдия

Первая десятка журналистов, попавшая за стол с Зеленским, была встречена президентом нарочито благожелательно. Президент начал со слов о вкусной местной еде (которую не пробовал ни Зеленский, ни журналисты) об утренней пробежке и сложностях с перемещением по Киеву на велосипеде.

«Первые вопросы, разумеется, касались войны на Донбассе, и Зеленский по сути продолжил то, что делали члены его команды на протяжении последних дней – объяснять, что «зрады» в формуле Штайнмайера нет, что он «президент мира», но не перейдет «красных линий» и т.д. При этом по обыкновению Зеленский особый акцент делал на эмоциональную составляющую, рассказывая», – отмеччает Дяченко.

Как ему тяжело каждый день узнавать сводки с фронта о погибших и раненных, как сопереживает людям, оказавшимся на оккупированной территории. Ну, и при каждом удобном случае президент подчеркивал, что он «не из меню» старых политиков.

«При этом бросалось в глаза, что проблемы Зеленского с формулированием собственных мыслей, на что обращали внимание еще во время избирательной кампании, никуда не делись. Он постоянно отвлекался от основной темы разговора, не заканчивал многие свои мысли. И некоторые из журналистов признавались, что не до конца понимают, о чем, собственно, говорит президент», – подчеркивает Дяченко.

В то же время нельзя не отметить, что за время президентства Зеленский более-менее овладел украинским языком. Если раньше, пытаясь говорить по-украински он часто сбивался на русский язык, то теперь ровно на оборот – пытаясь отвечать на заданный на русском языке вопрос, Зеленский по ходу обязательно сбивается на украинский.

«В целом первая часть марафона оставила впечатление, что Зеленский пытался собеседникам понравиться и быть максимально доброжелательным, либеральным и демократичным», – отмечает Дяченко.

Одесская тактика

После того, как за столом у Зеленского сменилось две партии журналистов, риторика президента несколько поменялась. С одной стороны и некоторые вопросы стали немного острее, но и президент несколько завелся и стал реагировать более эмоционально и агрессивно. Бросилось в глаза, что Зеленский начал использовать «одесскую тактику», отвечая на вопросы журналистов своими вопросами. При чем было видно, что так президент старается задавить журналистов морально и выставить их в невыгодном свете по сравнению с ним.

Магистральный путь по граблям. Зачем новая власть повторяет ошибки Януковича?

«При чем зачастую такие вопросы выглядели уже как нападки на журналистов и мало касались сути, заданных Зеленскому вопросов. Особенно ярко выглядела попытка «задавить» журналиста издания «Новое Время» вопросами о том, нормально ли, что собственником этого издания является гражданин Чехии, а не украинец. После этого случилась перепалка на повышенных тонах с журналистом «112 канала» вокруг истории с лишением лицензии. Ну а манера отвечать вопросом на вопрос и вступать с журналистами в эмоциональные дискуссии проявлялась в беседе практически со всеми», – отмечает Дяченко.

Фэйл с Мендель и Андрушко

Отдельного внимания заслуживает история, произошедшая после того, как Зеленского спросили о его отношении к инциденту, случившему между пресс-секретарем президента Юлией Мендель и журналистом программы «Схемы» Сергеем Андрушко. Мендель, напомним, была осуждена журналистским сообществом за то, что физически толкала Андрушко, при попытке того задать вопрос главе президентского Офиса Андрею Богдану.

«И дело даже не в том, что Зеленский пытался выгородить своего пресс-секретаря, признавая при этом неправильность ее поведения. Дескать, все мы люди, все мы ошибаемся и может делать какие-то эмоциональные вещи. Дело в том, что Зеленский набросился с обвинениями на самого Андрушко, утверждая, что тот «здоровый мужик», который постоянно «нападает» и «прыгает», что, по мнению Зеленского не по-мужски и неэтично», – подчеркнул Дяченко.

Да и вообще, Зеленский, не будь он президентом, «говорил бы с Андрушко по-другому». На что тут намекал президент, сказать сложно, то ли на «дать в морду», что совсем уж не-попрезидентски, то ли на что-то еще. Но такая реакция на инцидент вряд ли добавит главе государства уважения и понимания со стороны журналистов.

Усталость, бургеры и перепалки

После нескольких часов марафона Зеленский начал заметно уставать, что тут же отразилось и на характере общения с журналистами. Вместе с новой партией акул пера, на стол к президенту доставили совершенно неуместные в этой ситуации бургеры с картошкой фри, да еще и с рекламными флажками толи их производителя, то ли кого-то еще. Места на столе от этого стало совсем мало, и тут же стало бросаться в глаза, что журналистов рассадили слишком уж плотно друг к другу и им откровенно тесно.

Отжим собственности. Остановят ли новые законы разгул рейдерства?

«При этом, видимо из-за усталости, речь Зеленского стала еще более путанной, а сам он уже не столько отвечал на вопросы, сколько затевал споры с присутствующими. Очень часть беседа стала напоминать не общение в формате вопрос-ответ, а спор людей за обедом, при котором они перебивают, а иногда даже пытаются перекричать друг друга», – отмечает Дяченко.

При этом повторы Зеленского, которые начались уже на третьей партии журналистов, стали постоянными. Президент, к примеру, несколько раз повторил историю о том, что в Золотом, где запланирован отвод войск, из 500 местных жителей 498 поддержали отведение и только двое неугомонных постоянно нагнетали ситуацию, сея среди жителей страх и панику.

«В целом уже после нескольких часов пресс-марафона стало очевидно, что проблемы с коммуникацией президента со СМИ ни новый формат, ни непринужденная манера общения до конца так и не решили», – подытожил Дяченко.

Автор Виталий Дяченко
Источник Деловая Столица
Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...