Почему важно преодолеть фактор страха коронавируса?

Эпидемия похожа на терроризм. Урон от реакции нередко превышает урон от события. А страх способен продать нам то, что мы никогда не стали бы покупать.

В 2015 году Юваль Ной Харари написал о том, что человечество смогло победить голод, войну и эпидемии. Сегодня, когда пандемия коронавируса в самом разгаре, эти слова израильского автора принято вспоминать с издевкой, пишет в своем Telegram-канале «Kazarin» журналист и публицист Павел Казарин.

«О какой победе можно говорить, когда эпидемия властвует в самом центре цивилизации? И когда уносит жизни представителей того самого «золотого миллиарда»?», – пишет публицист

Скептики внезапно получили трибуну. Каждый из них отныне волен бичевать технический прогресс. Ведь именно технологии позволили локальной мутации разлететься по всему миру.

«А вся хваленая цивилизация, по мнению новых луддитов, капитулирует перед вирусом. Чем это не наказание рода человеческого за гордыню? И чем не напоминание о том, сколь слаб человек и смешны его потуги считаться венцом творения?», – подчеркнул Казарин.

Но в том и штука, что короткая память – это удел тех самых глашатаев апокалипсиса, которые всегда возникают во время потрясений. Реальность же в том, что мы живем бок о бок с эпидемиями всю нашу историю –и разница лишь в выкупе, который мы им платим.

«Нынешняя эпидемия и впрямь выглядит сурово. Принято говорить, что последний раз нечто подобное возникало сто лет назад – когда в разгар Первой мировой штаммом «испанского» гриппа переболела треть планеты, а сама болезнь убила от 50 до 100 миллионов человек (порядка 5% населения планеты)», – отмечает Казарин.

Но при всем своем трагическом масштабе эпидемии ХХ века проигрывают предшественникам по проценту смертности. А сами болезни начинают переходить из категории «божьей кары» в разряд медицинских и социальных проблем. За примерами далеко ходить не надо.

«Четырнадцатый век. Бактерия Yersinia pestis, живущая на блохах, начала заражать укушенных ими людей. Чума началась в Азии и медленно двигалась на запад. Сумммарно она убила четверть населения Евразии – от 75 до 200 миллионов человек», – подчеркнул Казарин.

Стоит отметить и шестнадцатый век: «Испанская флотилия приносит в Мексику черную оспу. Через девять месяцев из 22 миллионов местных жителей в живых остается лишь 14. А другие инфекционные болезни, привезенные конкистадорами, в итоге довершили разгром, оставив в концу века в живых лишь два миллиона аборигенов».

«Спустя два столетия нечто подобное повторилось на Гавайях, куда Джеймс Кук привез целый набор европейских инфекций. За 75 лет из полумиллиона местного населения в живых осталось 70 тысяч», – отмечает Казарин.

На этом фоне все эпидемии последнего столетия выглядят куда более вегетарианскими. Абсолютные цифры потерь от холеры, тифа и туберкулеза пугают нас множеством нулей.

«Но по отношению к общей численности населения планеты они уже не выглядят как библейская кара. Скученность населения и развитие транспортной сети должны были помочь новым болезням повторить рекорды средневековых пандемий. Но этого не случилось», – подчеркнул Казарин.

Харари не ошибся – человечество и впрямь успело победить те болезни, от которых умирало на протяжении всей своей истории. Оспу удалось одолеть в 1979-м – благодаря вакцинации.

«Вспышки чумы время от времени случаются в разных регионах планеты, но число погибших идет на десятки, а смертность среди заболевших не превышает 5-10%. Человечество вооружило себя медикаментами, антибиотиками и средствами дезинфекции. И выиграло», – отмечает Казарин.

Выиграло – вопреки тому, что эпидемия коронавируса пытается убедить нас в обратном. Теперь мы знаем, что новые инфекционные болезни появляются в результате случайных мутаций в геномах патогенных микроорганизмов.

«Мутации позволяют патогенам переходить с животных на людей и просачиваться через нашу иммунную систему. В отличие от наших средневековых предков мы понимаем природу болезни и она уже не выглядит как кара небес и предвестник конца света», – подчеркнул Казарин.

Современная медицина способна решать наши проблемы. Чего не скажешь об индейцах майя, которые верили что оспой людей заражают злые боги Экпец, Усанкак и Сохалкак, летающие от деревне к деревне. Ацтеки пытались болезни противостоять – но их медицинский протокол сводился к натиранию смолой и накладыванию на язвы кашицы из давленных черных жуков.

«О беззащитности человечества чаще всего рассуждают люди, которые плохо знают историю. Или те, для кого магическое мышление ближе и понятнее научного. Впрочем, это не отменяет того, что магическое мышление – чаще всего признак примитивизма, или шизофрении, или расстройства адаптации», – отмечает Казарин.

Читайте также  Дикая Россия Путина. Почему важна свобода и демократия в Украине?

COVID-19 – не первая из вспышек новых вирусов в нынышнем столетии. В 2002 году мы наблюдали за атипичной пневонией, в 2005-м – за «птичьим гриппом», в 2009 это был «свиной грипп», а в 2013-м – Эбола.

«На фоне предшественников, нынешний коронавирус безусловно грозит стать самым серьезным испытанием (ранее самой убийственной была Эбола, унесшая жизни 11 тысяч человек). Сейчас, безусловно, рано говорить о том, какую печальную статистику оставит нам нынешняя пандемия. Но при этом важно учитывать один факт. Современные эпидемии – они куда больше про инфраструктуру и экономику, нежели про медицину как таковую», – подчеркнул Казарин.

Для того, чтобы «приручить» болезнь человечеству требуется до двух лет. Обычно, за это время новый вирус удается распознать и изучить. Не всегда его удается искоренить – примером тому может служить грипп (убивает от 300 до 600 тысяч человек ежегодно) и СПИД. Но при этом вакцины от гриппа позволяют контролировать вспышки болезни, а медицинская терапия позволяет превратить СПИД из смертельного приговора в хроническое заболевание.

«Скорее всего, медицина найдет ответ и на нынешнюю вспышку коронавируса. А потому пандемия вместо предвестника апокалипсиса грозит стать тестом инфраструктуры системы здравоохранения. Она выявит лидеров и аутсайдеров. Отделит работающие методы профилактики от малоэффективных», – отмечает Казарин.

Постфактум оценит компетентность политиков и международных институтов. Определит работающие медицинские системы и имитационные. И, в итоге, станет стресс-тестом для каждой страны – проверив всех без исключения на прочность и компетентность.

«И точно так же она станет стресс-тестом для экономических систем. И речь не только о размерах экономики и величине резервов. Пандемия рискует стать еще и проверкой на адекватность ответных мер. Примерно так же, как раз за разом подобной проверкой на адекватность становится терроризм», – подчеркнул Казарин.

Вопреки распространенному мнению, сам по себе терроризм не является прямой и явной угрозой. Арифметика цинична: в том же 2012 году он унес жизни 15,5 тысячи человек. В то время как от ДТП в мире ежегодно гибнет 1 250 тысяч людей.

«А потому разрушительный эффект от терроризма проявляется не столько в момент теракта, сколько в момент реакции на него. Непропорционально жесткий ответ чреват куда более масштабными разрушениями. Как это случилось после терактов 11 сентября, когда война в Ираке обернулась дестабилизацией Ближнего Востока и возникновением ИГИЛ», – отмечает Казарин.

За последние десятилетия мы неоднократно становились свидетелями тому, как политики торгуют страхом перед террористами. Получают полномочия, развязывают войны, закручивают гайки и нивелируют свободы.

«Макс Брукс писал о том, что страх – это самое фундаментальное чувство, потому что оно умеет прекрасно продавать нам что бы то ни было. А потому те, кто торгуют страхом перед фанатиками, – продают нам свою политическую монополию и наше согласие кастрировать собственные свободы», – подчеркнул Казарин.

Точно такой же риск есть и у нынешней пандемии. Она пугает нас своей внезапностью и повсеместностью. Неизученностью и неумолимостью. Есть риск, что нам станут продавать те методы борьбы с ней, которые имеют мало общего со здравым смыслом.

«От шагов, убивающих экономику, до чрезвычайных положений, уничтожающих свободу. Очень у многих велик соблазн сказать, что эпидемия – как и война – все спишет. И они будут торговать неврозами, пока не добьются от нас желаемого», – отмечает Казарин.

Но в том и штука, что именно эта пандемия рискует стать жестоким гамбургским счетом для каждой страны. Проверив ее на эффективность и коррупцию, доверие и сотрудничество, устойчивость и солидарность. Каждый из нас будет проходить тест на своих богов и вполне вероятно, что после изобретения вакцины антипрививочников в мире станет меньше. Сразу по двум причинам.

«А еще этот вирус станет проверкой на прочность для всего мира. Потому что от способа реагирования на этот вызов будут зависеть контуры нашего будущего», – подчеркнул Казарин.

Кто-то, наверняка, станет инвестировать в идею нового изоляционизма – как способа спрятаться от эпидемии. А кто-то будет продвигать идею нового глобализма, вспоминая о том, что именно он в свое время позволил победить злых богов нашего недавнего прошлого.

«Гигиена – она ведь не только про руки. Она еще и про головы», – подытожил Казарин.

Автор Павел Казарин
Источник Telegram-канал Kazarin

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...