Тайны архивов КГБ: преследование воинов УПА на Херсонщине

Переселенцам из Западной Украины, чтобы попасть на карандаш советской спецслужбы, было достаточно собраться вместе на Рождество. Что уж говорить о бывших повстанцах, даже тех, кто добровольно вышел из подполья.

Тысячи семей из Западной Украины были принудительно переселены на Херсонщину, начиная с 1944 года. Носители другого образа жизни и мышления, некоторые – участники националистического подполья, они составляли по меньшей мере потенциальную угрозу советскому режиму. Поэтому «чекисты» ни на минуту не выпускали переселенцев из поля зрения, пишет на страницах «Depo.Запорожье» Юрий Щур.

Очередной отчет о борьбе с украинскими националистами в регионе сотрудники МГБ Херсонской области подготовили в конце 1950 года. В нем говорилось, что по состоянию на конец года по подозрению в принадлежности к националистическому подполью разрабатывались 35 человек.

Из них 22 – по делам-формулярам (это дела оперативного учета, которые заводили на отдельную личность, подозреваемую в проведении подрывной деятельности против СССР), трое – по учетно-наблюдательным делам (дела, которые заводились со взятием лица на учет, к которым в дальнейшем приобщали все материалы, поступавшие в процессе агентурного наблюдения), еще 10 – по предварительным агентурными разработками. Некоторые из этих дел привлекали особое внимание сотрудников МГБ.

«Неправительственные» организации Путина. Малазийские пляски Кремля вокруг трагедии МН-17

В частности, спецслужбу очень заинтересовала информация, поступившая из Верхне-Рогачинского района в начале декабря 1950 года. Жительница местного села Георгиевки Антонина Казанова «наябедничала», что на квартире у переселенца Боднара встретила группу мужчин, которые вели разговоры «террористического характера».

Для проверки информации в район из Херсона направили оперативного сотрудника МГБ. Тот докладывал, что в местности действительно сплачиваются переселенцы из Западной Украины для совместного празднования религиозных праздников. Их террористические намерения подтверждения не нашли, но разговоры «националистического характера» имели место. Соответственно, была начата агентурная разработка переселенцев.

«На карандаш» УМДБ взяла уже упомянутого Николая Боднара, а также Михаила Мендела, Константина Базива и Василия Мудрика. «Чекистов», прежде всего, интересовало, принадлежали ли мужчины к подполью ОУН. Для выяснения были посланы запросы по прежнему месту жительства переселенцев. Кроме того, УМДБ подбирало агентов и осведомителей из ближайшего окружения «неблагонадежных».

В Каховском районе тем временем разрабатывался по делу-формуляру житель села Горностаевка Яков Омельчук. Внимание УМДБ к нему было приковано, поскольку в 1943-1944 годах мужчина находился в отделе УПА, действовавшем на территории Мизочского района Ровенской области.

Интерес к Омельчуку вырос после того, как «чекистский» сыщик «Корень» пересказал разговор с бывшим уповцем. Омельчук рассказал, что находясь в повстанческой армии, был в Службе безопасности и лично убил 93 человек.

К делу-формуляру, которое получило херсонское УМДБ из Мизоча, были подшиты протоколы допросов свидетелей деятельности Омельчука, в том числе и бывших участников подполья ОУН. Был там зафиксирован и факт ареста уповца в 1944 году. Поэтому перед херсонскими «чекистами» встали две задачи: выяснить у ровенских коллег, почему упавец был отпущен, а не осужден, и подыскать и завербовать агента для разработки Омельчука.

По непонятным для херсонских сотрудников МГБ обстоятельствам избежал заключения за участие в УПА и житель Голопристанского района, переселенец Степан Зинчук. Несмотря на то, что в 1944-1946 годах мужчина находился в повстанческой армии и был арестован МГБ, осужден он не был, и в 1949 году он приехал в Херсонскую область.

Просоветские активисты с нового места проживания Зинчука доносили, что тот – убежденный националист. Очевидно, после этих сообщений бывший уповец и был взят в разработку. К делу УМДБ приобщило информатора «Антонова», среди ближайшего окружения Зинчука подбирали кандидатуру на вербовку в качестве агента.

Символы Украины. Что объединяет украинцев в соборную нацию?

В Великопольском районе внимание «чекистов» привлекли бывшие бойцы УПА и члены вооруженного подполья ОУН, которые, по мнению МГБ, продолжали заниматься националистической деятельностью и, возможно, поддерживали связи с действующим подпольем. В частности, разрабатывались Иван Дисеголюк, Юрий Танасийчук, Михаил Федорчак, Михаил Мартинщук, Дмитрий Атаманюк, Юрий Дреселюк и Алексей Иванейчук.

В Геническом районе среди переселенцев из Черновицкой области также «вычислили» бывших повстанцев, которые вышли из леса с повинной: Дмитрия Гакмана, Константина Труфана, Алексея и Григория Григоряков, Остафия Шерника, Тимофея Кибича и Петра Сводюка. Все эти лица были взяты в агентурную разработку, подбиралась агентура для работы по ним. Одновременно херсонское УМБД направило запросы на Западную Украину для получения компрометирующих материалов на бывших повстанцев.

В Каланчакском районе МГБистов интересовал переселенец Трофим Пушич, бывший боец УПА. Его разрабатывал агент «Гнедах». К делу также подключили информатора «Лаврова».

В Каховском районе разрабатывали переселенца Дмитрия Гука. За ним следил агент «Снег».

В общем, все волны переселений жителей западноукраинских земель, начиная с 1944 года, постоянно дополняли «оперативную базу» МГБ. Проверке и дальнейшей разработке подлежали даже те, кто добровольно вышел из подполья и повстанческих отделов.

Автор Юрий Щур
Источник Depo.Запорожье
Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...