Безумная цивилизация. Человечество живет в мире опасности которого не осознает

Думаю, дело с Чернобылем было не только во лжи советской системы о трагедии. Вообще человечество к этому было не готово, все человечество.

История про Чернобыль в том числе о том, как советская система не считала человека какой‑либо ценностью. Но начинается все не с советского времени. Это заложено глубоко в нашей истории, когда на наших пространствах само устройство жизни не было настолько пристроено к человеку или не настолько шло от желаний людей, как, например, в Западной Европе, рассказывает на страницах «Нового Времени» писательница, автор книги «Чернобыльская молитва. Хроника будущего» Светлана Алексиевич.

Я помню, меня когда‑то поразило, как Александру І советник Михаил Сперанский говорил: «Отменить надо это рабское право крепостное – и мы будем жить в другой стране, и все будет меняться». А царь ему говорит: «Да, я это знаю, только некем взять!». То есть он понимал, что эти все помещики, эта темная огромная масса, которая называется Россией, его не поддержит. И это настолько глубоко, настолько в наших корнях.

Когда пришли большевики, они это сознание еще больше милитаризировали, сделали более агрессивным, более сектантским. Так что тут ничего удивительного. Я, например, посещала западные тюрьмы – там даже убийцы другие. Он, убийца, приходит, садится с тобой спокойно разговаривать.

А приходишь в наши тюрьмы – убийца лебезит «господин-начальничек, господин-начальничек», полусогнут, даже если он еще недавно был богатейшим человеком. Так что это такая очень глубокая вещь, и она сверху донизу общество пронизывает.

И пока никто из современных руководителей не сделал попытки вырваться из этого круга, поскольку все они люди того времени. И Владимир Путин, и Александр Лукашенко, и Нурсултан Назарбаев, там еще и восточное идолопоклонство накладывается. Так что наше сознание поражено тотально.

Знаете, мы в 90‑е годы были такие романтики. Думали, вот падет эта «кремлевская стена», и мы будем такие свободные. У нас будет такая жизнь, как у всех, как на Западе. Не знаю, с чего мы это взяли. Бегали по площадям и кричали: «Свободу! Свободу!». Понятия не имели, что это такое.

Жаркий уик-энд в Молдове. Политический кризис и хаос безвластия в стране

Мне нравится философия писателя Варлама Шаламова, я ей больше доверяю, чем когда Александр Солженицын утверждает, что страдания возвеличивают человека. Шаламов говорит, что лагерный опыт нужен только в лагере: он делает раба и из палача, и из жертвы. Вот мне это ближе.

И только сейчас мы поняли, что свобода – это долгий путь. Это долгий путь очищения. Надо ведрами из себя это все вычерпывать, это надо другое образование. Нужна другая элита, которая занимается не тем, с какой ноги встал Лукашенко или Зеленский, а будет заниматься человеком, душой его. Но для этого люди элиты должны быть свободными. А свободных людей у нас нет.

Я думаю, дело с Чернобылем было не только во лжи советской системы о трагедии. Вообще человечество к этому было не готово, все человечество. Я помню, как на моих глазах в Сорбонне спросили у Михаила Горбачева: «Скажите, почему вы так поступили? Почему вы не стали защищать человека? Почему всегда защищали систему? Ведь вы – президент перестройки».

А он говорит: «Да я сам не понимал, позову ученых – они ничего объяснить не могут, позову военных – они говорят: да брось, только что взорвалась эта бомба, а мы уже через десять часов выпили красного вина и пошли».

И ты просто в ужасе понимаешь, насколько мы необразованны в этом мире, насколько мы зависим от совершенно среднего уровня людей. Ну что такое социализм, и даже демократия – что такое? Это тотальная власть посредственности, то есть большинства.

Повлияют ли США на отношения Украины с Китаем

Всему миру нужна новая философия взаимоотношений человека с этим миром, с природой. Невозможно ведь включить телевидение, там каждый день на российских каналах или новый танкер, или новый танк, которого, конечно же, в Америке нет, или новый бомбардировщик. А я думаю: какая безумная цивилизация, какие безумные политики у власти, не готовые к новым временам.

По­этому, когда я увидела, что у вас все-таки какой‑то сдвиг, что украинцы – и я рада, ведь во мне тоже есть украинская кровь – все‑таки способны одну, вторую, третью попытку новой жизни сделать, когда я увидела этого вашего молодого президента, я подумала: Боже мой, может быть, придут уже новые поколения политиков. Он же не один, за ним придут люди его времени, и они, мне кажется, уже иначе чувствуют мир.

Недавно я увидела в Москве магазин детской военной одежды. Это привело меня в полный ужас. Я подумала: Боже мой, как быстро все это произошло, как мгновенно. Так же, как у нас в Беларуси, когда молодежь вышла на улицы и сразу всех посадили. Как мгновенно стала работать эта сталинская машина.

И у меня в книге говорит одна героиня из тех девочек-студенток, которые вышли на площадь: почему пакет, который на голову ее другу надели, когда пытали, передается через поколения, а какие‑то прекрасные мысли Чехова или Бунина не передаются? Пакет на голове, в котором задыхается человек, прекрасно путешествует по нашей истории, а гуманизм – нет.

Автор Светлана Алексиевич
Источник Новое Время
Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...