Вехи истории: Жадность Кремля до чужой земли

Украинцам тоже было мало своей земли. Но утоляли они этот голод совсем по-другому, осваивая пустующие земли не знавшие сохи и бороны на Волге, Урале, Сибири и Дальнем Востоке.

«Им что, своей земли мало?» – спрашивал президент Кучма 15 лет назад, наблюдая в бинокль, как гигантские самосвалы насыпали искусственную дамбу от Таманского полуострова до украинской Тузлы. Леонид Данилович тогда выглядел обескураженным. Об этом пишет на страницах «Нового Времени» редактор отдела «История» Олег Шама.

Еще бы! Ведь личные отношения с Путиным у него до этого были, без преувеличения сказать, – взасос. В 2002-м Кучма даже отмечал свой день рождения у российского главы в Завидово. И прокомментировал это так: «Если есть возможность улизнуть – надо ею воспользоваться».

https://politua.org/2018/08/22/48250/

Тогда Кучма смог как-то быстро уладить спор о Тузле. Вроде в пользу Украины. Как выяснилось, ненадолго. И все из-за вечного вопроса к России: «Им что, своей земли мало?»

Смотришь порой на карту, и в голове не укладывается – до черта же этой России! А когда приглядываешься к той же карте детальнее, например, с тем, чтобы проследить путь ссыльных в Сибирь, – сознание вообще зависает.

На этой фотографии конца XIX века – полтавчане прощаются с родиной перед отъездом на ПМЖ в Тобольск. Там двумя столетиями ранее доживал свои последние годы наш гетман Иван Самойлович, сосланный по доносу. Так вот, когда был сделан этот снимок, железная дорога на востоке Российской империи заканчивалась в Оренбурге. От него до Тобольска – без малого 1,5 тыс. верст. Это больше, чем вся Украина от Львова до Луганска.

https://politua.org/2018/08/22/48244/

Предшественник Самойловича гетман Демьян Многогрешный был сослан в Селенгинск. Это за Байкалом – еще две Украины на восток от Тобольска.

А в конце XIX века происходил настоящий исход в те ссыльные края. Причем, добровольный. Крестьяне империи, освободившись в 1861 году от крепостничества, массово двинулись осваивать черноземы Сибири и Дальнего Востока. Более половины от общего числа мигрантов – из Украины.

«Из всей смеси племен чаще всего и больше всего приходится возиться с малороссами. Малороссийские герои любят, чтобы с ними нянчились. Такая уж нежная и чувствительная душа у них. Но зато какие крепкие и великолепные тела!»

https://politua.org/2018/08/22/48241/

Это отрывок из репортажа российского публициста Владимира Кигна начала 1890-х. Из переселенческой конторы в Оренбурге, где крестьянам, жаждавшим земли, начислялось правительственное пособие. А с мигрантами из Украины приходилось «возиться» вовсе не из-за их чувствительности.

Сам Кигн описывает, что они более всех других колонистов дотошно выспрашивали детали переселения. Им нужно было знать все: от внешности начальника отделения банка, выдававшего ссуду, до климатических особенностей земель, в которых они собирались осесть.

Беспрецедентным даже по сегодняшним меркам был морской маршрут из Одессы до Владивостока. По нему украинцы плыли со своим нехитрым имуществом и часто с лошадьми и волами через Стамбул, Порт-Саид, Суэцкий канал, Сингапур, Нагасаки.

https://politua.org/2018/08/22/48230/

Немыслимо! Какое же должно было быть желание работать на своей земле – так, чтобы ее хватало на все, – чтобы ехать туда. В большинстве случаев – навсегда. Не приживались в глубине сибирских руд только 10-15% украинских мигрантов.

Чем платили осевшие украинцы новой родине, да и Российской империи вообще? Опрятными селами и городками с мазаными хатами, высокими урожаями и экспортным зерном, непрекращающимися ярмарками. По ценам 1882 года в Барнауле, например, за пуд свинины просили 1,6 рублей. Дороже было масло – по 6-7 рублей за пуд. А к началу ХХ века в Сибири работали уже более 4 тыс. заводов, производивших в год 62 тыс. тонн сливочного масла, – и тоже на экспорт.

Наверное, в этом случае напрашивается сравнение. Украинцы оказывались в России либо как ссыльные, либо как колонисты, принесшие на сибирские просторы сельскохозяйственную цивилизацию. Да вот еще ученых в Москву приглашали из Киева, начиная с царя Алексея Михайловича.

https://politua.org/2018/08/22/48226/

Русские же в Украине впервые заметно дали о себе знать сожженным Батурином с вырезанными 15 тыс. его жителей в ноябре 1708-го. И с тех пор для них украинцы всегда – если не мазепинцы, так бандеровцы.

А ведь колонистам XIX века современная Москва обязана хотя бы Виктором Христенко, отменным украинофобом путинского разлива, сражавшимся во время последних газовых войн на передовой в качестве министра энергетики. Его предки ведь с Полтавщины и возможно есть где-то на той фотографии. Да и его ли одного? К 1916 году от Урала до Тихого океана расселились более 1,600 млн украинцев. Тогда им тоже было мало своей земли. Утоляли они этот голод, как видим, совсем по-другому.

Олег Шама, «Новое Время»

Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...