Янтарная лихорадка. Как сделать цивилизованной работу старателей?

Власть решила заняться янтарным бизнесом. Но как сформировать цивилизованные правила игры в украинском Полесье?

Анонсировав легализацию игорного бизнеса в Стамбуле, Владимир Зеленский решил нанести удар по янтарному бизнесу в Житомире. Пока жертвами стали представители правоохранительных органов Полесского края, пишет Алексей Кущ на страницах «Деловой Столицы».

Уже в ближайшее время, выражаясь фигурами речи белорусского Бацьки, стоит ожидать «перетрахивания» районного кадрового состава полиции, СБУ и прокуратуры. Чистка затронет Житомирскую, Ровенскую и Волынскую области, то есть территории, где либо добывается солнечный камень, либо осуществляется его контрабанда за рубеж, преимущественно в Польшу.

«Цель жизни – добыча»

«Цель жизни – добыча. Сущность жизни – добыча. Жизнь питается жизнью. Все живое в мире делится на тех, кто ест, и тех, кого едят. И закон этот говорит: ешь, или съедят тебя самого.» Эти слова Джека Лондона как нельзя кстати подходят для описания старательского промысла в Полесье.

Впрочем, ситуация сейчас не столь острая, как это было в 2012-2015 гг., когда, резко взлетели мировые закупочные цены на необработанный янтарь, которые и стали основным драйвером роста незаконной добычи. Правовой вакуум лишь подстегивал темпы тенизации данного вида бизнеса.

На данный момент мировые цены на янтарь резко упали, а правовая система в государстве несколько укрепилась. То есть наблюдается противоположный процесс тому, что мы наблюдали пять лет назад. Сейчас новый пазл базовых условий формирования рыночной среды дает государству неплохой шанс перезагрузить модель рынка на более прозрачной и легальной основе. Хотя, очевидно, о полной детенизации речь пока не идет.

Власть жлоба и хама. Зеленский утверждает новый тип постсоветского гегемона в Украине

Вместо этого, мы наблюдаем либо показушное увольнение правоохранителей, как будто проблема нелегальной добычи янтаря упирается в конкретные персоналии, а не системные «якоря», а с другой – видим попытку превратить янтарный бизнес в очередной «национальный проект» с финансовыми последствиями «а-ля Каськив».

Так, председатель Государственной службы геологии и недр Украины Олег Кирилюк на встрече с президентом предложил потратить из государственной казны примерно 20-30 млн грн на геологическое изучение земельных участков, на которых можно открыть легальный промысел. В дальнейшем государство якобы может даже заработать на продаже специальных разрешений на разработку зафиксированных месторождений. Естественно, продавая их на электронных аукционах.

Наши чиновники прекрасно научились зарабатывать на «предстартовой подготовке». Вспомним целую серию «национальных проектов» в 2012-2013 гг. На них на стадии проектирования были потрачены сотни миллионов гривень. Примерно то же самое предлагают сделать и сейчас – продать на электронных торгах геологические изыскания и специальные разрешения. А покупателями должны будут выступить старатели с кайлом и мотопомпой. Которые лучше любого геолога знают, где копать.

Что касается потенциальных запасов янтаря в Украине, то в 2005 г. они оценивались Госгеослужбой в размере 100 тыс. т. В настоящее время подтвержденные запасы составляют уже 250 тыс. т, а если взять во внимание экспертные оценки без соответствующих геологических изысканий (определены на основании прогнозных расчетов) – более 600 тыс. т. Преимущество украинских месторождений – небольшая глубина залегания, всего от 2 до 8 метров, что и делает их легкой добычей черных старателей.

Форматы янтарных рынков

На данный момент в мире применяется несколько форматов развития рынка янтаря. Во-первых, инклюзивный – когда государство стимулирует добычу самых дорогих видов, включающих остатки насекомых, при этом основные залежи более дешевого янтарного сырья, в том числе и так называемые месторождения молодой смолы, остаются не тронутыми.

Инклюзами торгуют некоторые страны Карибского бассейна, к этому методу перешла и Новая Зеландия. Применение инклюзивного метода позволяет продавать лишь дорогой янтарь, который стоит в разы дороже: например инклюзы в Доминиканской республике оцениваются в 20-25 $\грамм, а более древние камни из Ливана доходят и до тысячи. Все зависит от качества вкраплений.

Во-вторых, торговый формат – добыча янтаря на истощенных национальных месторождениях замораживается, и основные операции концентрируются в сегменте скупки янтарного сырья в других странах, таких как Украина, и его обработке на собственных производственных мощностях: здесь может применяться как обычная шлифовка, так и производство готовых изделий.

Медийный скандал вокруг «слуги народа». Когда Зеленского атакуют «тупые овцы»?

Благодаря применению торгового формата уровень добавленной стоимости в шлифованном янтаре или готовых изделиях может возрасти в 5-7 раз. Идеальный пример торгового метода – это Польша, где в Гданьске сконцентрированы компании по скупке янтаря в других странах, а также шлифовальные мощности, и Китай – где производят максимально широкую линейку готовых товаров: ювелирных и сувенирных.

В-третьих, общинный формат – апробирован в Мексике в неспокойных приграничных штатах с сильным развитием сепаратистских движений, например, в штате Чьяпас на границе с Гватемалой. Здесь старые заброшенные шахты и месторождения передаются под управление местных общин.

Нечто похожее до 2014 г. хотели сделать и в Украине путем учреждения местных коммунальных предприятий. При негативном раскладе данный метод превращается либо в точки сбора на местах коррупционной ренты в пользу центра, либо в источники финансирования тех же сепаратистских движений, с которыми он якобы и призван бороться.

Наконец, четвертый формат – утилитарный, когда экспорт необработанного янтаря запрещен, а его первичной переработкой занимается компания-монополист, государственная либо на условиях частного партнерства. Пример частичного применения формата – РФ, в которой экспорт янтаря был запрещен, исключение составляло лишь перемещение давальческого сырья.

Уже из приведенного выше перечня методов организации янтарного бизнеса становится понятным, что в Украине применяется нечто свое, особенное, что можно было бы назвать «контрабандный метод на условиях государственно-политического партнерства», когда добыча осуществляется хаотично, без каких-либо разрешений, обработка и производство готовых изделий почти полностью отсутствуют, экспорт осуществляется в форме контрабанды, а представители центральной власти снимают с этого рынка коррупционную ренту с помощью правоохранительных органов. То есть практически ничего не изменилось со времен древлян и князя Игоря, только тогда забирали мед и шкуры, а сейчас доходы от нелегальной добычи солнечного камня.

Путь реформы

На данный момент из 600-700 т янтаря в год, добываемого в мире, более 100 т приходится на Украину. В некоторые периоды, с учетом всех теневых источников, объем добычи у нас вырастал втрое, до 300 т, а оборот теневого рынка составлял примерно $300 млн. Развитию тени способствовал рост мировых цен (см. инфографику).

Цены на янтарь.

По оценкам Ассоциации Le’amber consortium, резкому взлету цен на янтарь способствовал рост спроса на него. Предложение покрывало лишь 60% потребностей. В 2018-2019 гг. ситуация изменилась диаметрально: предложение превысило спрос на те же 60% и не в последнюю очередь за счет контрабанды из Украины.

Таким образом, наши старатели с помощью неконтролируемой добычи фактически срубили сук, на котором сидели: резкий рост нелегальных поставок обвалил цены, и в 2019-м на рынке ожидают всего лишь 70 т украинского янтаря (в основном контрабандным путем, по статистике, официальный экспорт составляет 2-3 т в год).

Не возможность революции в России. Кремль вынес уроки из своих ошибок

В Китае основные котировки формируются на Шанхайской бирже драгоценных камней и нефрита (Shanghai Gems & Jade Exchange). А количество полулегальных компаний по переработке в Поднебесной выросло за последнее время с 300 до 2000. В Европе количество субъектов переработки не изменилось, а стабильность цен на готовые изделия поддерживается за счет экспорта, причем 30% идет в Китай, где, в свою очередь, сосредоточено 70% мировой торговли солнечным камнем и 80% мощностей по переработке.

Таким образом, Китай сейчас стал полновластным хозяином янтарного рынка, потеснив с него РФ: он диктует мировые цены на сырье и формирует стоимость готовых изделий. Конкурировать с ним (как предлагают некоторые наши чиновники, ратующие за собственную переработку) для нас нет ни экономического смысла, ни реальных возможностей.

Прежде чем говорить о реформировании рынка янтаря в Украине, можно вспомнить времена золотой лихорадки в США. В Америке никто не додумался разрабатывать за государственные средства геологические карты для старателей. Тем более никто не пытался их наказывать. Роль государства на первом этапе свелась к продаже разрешений на временную разработку месторождений.

То есть власть выдавала лицензию на определенный участок, а есть ли там золото или нет – это уже зависело от удачи и интуиции старателя. Он мог угадать и разбогатеть, а мог и полностью прогореть. Проводить геологоразведку за бюджетные деньги для него никто не собирался. А попытки наказывать старателей и вовсе могли бы привести ко второй гражданской войне, если бы такая идея кому-то пришла в голову.

Итак, нужно принять как данность, что на первом этапе государству придется мириться со стихийной добычей и ущербом, который наносится окружающей среде. Любая сырьевая лихорадка проходит несколько этапов:

1) обнаружение легкодоступного и при этом дорогостоящего сырья;

2) стихийное возникновение поселений старателей и массовая незаконная добыча;

3) использование шлихового метода, когда старатели выбирают лишь то, что можно достать из земли с помощью лопаты и лотка для просеивания;

4) механизация добычи, когда наиболее легкодоступные месторождения истощаются и дальнейшая добыча возможна лишь при более высоком уровне инвестиций и капиталовложений;

5) на смену старателям приходят системные официальные компании.

Украина сейчас находится на втором-третьем этапе развития янтарного промысла. Любые попытки силового решения приведут лишь к массовому сопротивлению местного населения и зарождению опасных центробежных региональных тенденций.

С другой стороны, сейчас не XIX в. В этом контексте государство могло бы передать контроль за соблюдением минимальных экологических норм и правил добычи местным районным советам старателей, которым можно было бы продавать краткосрочные (на один-два года) разрешения на добычу янтаря на определенных участках, но без проведения государством геологоразведки: на страх и риск самих добытчиков.

За собой центральная власть могла бы оставить монополию на экспорт добытого янтаря – то есть должна существовать централизованная система закупок по цене на 20-30% ниже мировой (биржевой). Снижение коррупционных издержек и рисков при транспортировке было бы выгодно и самим добытчикам, которые сейчас отдают примерно 50% от цены за вывоз янтаря в Польшу или Китай.

Намного выгоднее для них – оптом продавать добытый янтарь государству. Централизация экспорта предоставила бы не только важные статистические данные, но и консолидировала поток валютной экспортной выручки и позволила Украине с помощью регулирования объемов поставок влиять на мировые цены.

Янтарь, пролежавший в земле десятки миллионов лет, явно не испортится за пару лет «отлежки» в ожидании роста мировой цены. Примерно такие же методы централизованных экспортных продаж применяются и на рынке алмазов.

Потенциальный международный скандал. Подводные камни 7 комитета Верховной Рады

После истощения легкодоступных месторождений янтаря стихийное старательство отомрет естественным путем. К тому времени и нужно позаботиться о создании более качественной рыночной инфраструктуры. Потенциальные параметры добычи янтаря в Украине позволяют нам создавать мощности по его первичной обработке и производству готовых изделий в размере до 100 т в год, а также формировать биржевую инфраструктуру с целью выполнения роли мирового ценового бенчмарка.

Условная «Волынская янтарная биржа» могла бы составить конкуренцию ныне продуктивно работающей Гданьской, ежегодный оборот которой составляет до $1 млрд. Хотя переход к биржевой организации рынка вовсе не обязателен – он может возникнуть лишь при условии развития обработки янтаря и закупки его в других странах.

В случае работы на нашем рынке нескольких системных игроков по добыче биржевой характер продаж может и не состояться. Ну а в целом имеющихся запасов янтаря хватит на сто лет регулируемой промышленной добычи. Без партнерства с теми же китайцами тут не обойтись. Переход к этому этапу, если все делать быстро и правильно, возможен через четыре-пять лет.

Сейчас доходы украинских старателей существенно сократились. В 2014-2015 гг., когда цена достигала $2000 за кило и объем добычи, по разным оценкам, подходил к экстремуму в 300 т, рыночная оценка добытого камня достигала $600 млн и примерно половина уходила на логистику, посредникам и за крышевание бизнеса.

Сейчас при объемах добычи в 70 т и упавшей до $450 цене рыночная капитализация добытого сократилась до $30-40 млн, и на руках у местных старателей остается в лучшем случае половина. Но ослабление черного рынка – это не только падение доходов старателей и снижение уровня коррупционной ренты, а еще и хорошая возможность придать ему цивилизованный характер.

Тем не менее янтарная лихорадка должна закончиться естественным путем, только так в государстве сформируется устойчивый рыночный иммунитет. Здесь можно вспомнить еще одну цитату из Джека Лондона: «Жизнь – игра, а люди – игроки. Они готовы ставить полную ставку, даже при расчете один на тысячу. Но отнимите у них эту ничтожную надежду – и они не захотят играть».

Автор Алексей Кущ
Источник Деловая Столица
Тоже интересно
Комментарии
Загружаем...