Зона "русского мира"

В заложниках у Путина. Когда освободят из российского плена украинских моряков?

06 марта 2019

24 украинских военнопленных остаются под российским арестом вот уже 100 дней после нападения России на украинские морские судна вблизи Крыма.

Международное сообщество осудило поведение РФ, но до сих пор санкции были для страны все равно что «игла для слона», по словам Николая Полозова, координатора адвокатов, представляющих интересы 24-х военнопленных, пишет на страницах сайта «The Kharkiv Human Rights Protection Group» («KHPG») правозащитница Галя Койнаш, перевод подготовлен изданием «Новое Время».

Моряков удерживают в следственном изоляторе Лефертово в Москве, где «следователи» ФСБ мешают организации визитов или телефонных звонков. Это, очевидно, является частью непрерывного психологического давления.

Как сообщалось, ФСБ применяло свои стандартные (и незаконные) способы изначально, и заставило трех моряков заявить на камеру, что они «нелегально пересекли российскую государственную границу». Украинское руководство ответило сообщением о поддержке, намекнув, что методы, используемые для получения таких «признаний», очевидны.

Самое важное, что в течении 15 дней с момента задержания была организована команда адвокатов – по одному на каждого. Полозов объясняет, что первой задачей было предотвратить запутывание и дезориентацию моряков со стороны российских властей и офицеров ФСБ, особенно учитывая «жесткую психологическую обработку», которой подвергают арестованных.

ФСБ проводило «переговоры» с каждым, выбивая признание в преступлении или показания против других. В некоторых случаях в камеры подсаживали специально обученных людей.

«Нашим адвокатам удалось объяснить всем военнопленным, что их позиция опирается на Третью Женевскую конвенцию (по обращению с военнопленными). Все моряки заявили и следователям, и судам, что они находятся под защитой положений настоящей Конвенции и являются военнопленными».

Во время «следственных действий» и слушаний в суде адвокаты также добавили важную резолюцию, принятую Парламентской ассамблеей Совета Европы, которая не только требует немедленного освобождения, но и констатирует, что с моряками должны вести себя в соответствии с Женевскими конвенциями, включая ту, что содержит положения относительно военнопленных.

Два реальных пути для россиян: либо эмиграция, либо полная лояльность существующей системе

Огромных усилий стоило обеспечить раненым военнопленным надлежащее медицинское лечение, что, как говорит Полозов наконец оказались успешными. Раненых должны поместить в гражданскую больницу для осмотра, и Полозов надеется, что их лечение продолжится.

Адвокаты также работают над первым пакетом документов для индивидуальных жалоб в международные инстанции, включая Европейский суд по правам человека. Документы переданы команде украинских юристов, работающих в этом направлении.

Моряки держатся хорошо, но огромное давление осуществляется на них и их семьи, так же как и в случае со все большим количеством украинских политзаключенных, задержанных в оккупированном Крыму и России.

Если Россия до сих пор пытается делать вид, что политзаключенные виновны или под арестом по подозрению в совершении «преступлений», любое противоправное вытягиване «признаний» от задержанных моряков закончится ничем. Россия несомненно нарушила международное законодательство, протаранив и обстреляв украинские морские суда 25 ноября, заодно пленив членов экипажа.

На самом деле, поведение России было столь категорически противоправным, что президент РФ Владимир Путин должен искать выход из этого кризиса. Так считает Илья Пономарев, экс-депутат российской Думы, которого начали преследовать после того, как он проголосовал против аннексии Крыма.

«Мне кажется, что эти моряки для Путина скорее проблема. Если заложники для него – это бизнес, и он вполне сознательно держит людей в плену, чтобы торговаться, то моряки – нежелательные пленники. Теперь весь мир, который собирался смягчать санкции, вместо этого их усиливает», – говорит Пономарев.

Он считает, что Путин сам загнал себя в ловушку. Если он признает моряков военнопленными, что Россия пока делать отказывается, тогда такой же статус должны получить и другие заключенные, а это уже признание того, что между Россией и Украиной идет война.

Если он просто освободит их, не признав военнопленными, то почему же ему не сделать то же с другими украинскими политзаключенными? Поскольку Путин не может так рисковать, Пономарев считает, что он должен будет ждать «судейского решения».

И хотя нет никаких доказательств того, что Путин имеет видит любой другой план, этот кажется явно провальным. Даже если моряки находились в российских территориальных водах – а на самом деле судно потерпело значительные повреждения от российской бомбардировки почти наверняка в международных водах – оправдания российскому поведению и тогда не было.

Все комментаторы, включая Полозова и корреспондента УНИАН в Москве Романа Цимбалюка, считают, что здесь несомненно должно быть политическое решение, и оно должно идти от Путина. Кажется, крайне маловероятным, что это произойдет перед президентскими выборами, так как Путин достаточно ясно дал знать, что не сделает ничего, что бы сыграло на пользу нынешнему президенту и одному из кандидатов, Петру Порошенко.

«Тройка-прачечная» для Ролдугина. Что роднит Россию и Аль-Каиду?

Но Цимбалюк и Полозов напомнят, что организовать освобождение легче будет ближе к парламентским выборам этой осенью с целью помочь одному из пророссийских кандидатов, наиболее вероятно, хорошему другу Путина – Виктору Медведчуку.

К тому времени ребята будут в плену почти год. Почти год – это слишком много, хотя и меньше, чем для большинства российских политзаключенных и украинских солдат, заключенных контролируемыми Россией боевиками в оккупированном Донбассе.

Российские действия 25 ноября 2018 года высокопоставленные чиновники описали как открытые боевые действия и нарушение международного законодательства. Это требует больше, чем просто суровых слов и некоторых, по большому счету символических, персональных санкций.

Галя Койнаш, «KHPG»