Зона "русского мира"

«Чернокнижник» Павел. Вся суть «русского мира» на примере настоятеля Киев-Печерской лавры

16 января 2019

Что бы вы подумали о человеке, который хвастается умением насылать смертельные проклятия?

Что он участник «Битвы экстрасенсов» и декламация эзотерических глупостей является частью его сценического образа? Или что все это самопиар вокзальной ворожки, – пишет Лариса Волошина на страницах «Деловой Столицы», – которая приписывает себе магические способности, для того чтобы привлечь новых легковерных клиентов?

Вы ошибаетесь. Рассказами об умении проклясть человека «наверняка» наместник Свято-Успенской Киево-Печерской лавры митрополит Павел прокомментировал информацию о пропаже 10 ценных предметов, переданных на хранение монахам.

«Что-то никто не смотрел, что в храмах были ремонтные мастерские. Были открытые дискуссии о выселении этих мастерских, и я сказал, что умрут, если не уйдут. И в один день три человека умерли. После этого они написали открытое письмо-жалобу на меня Блаженнейшему митрополиту Владимиру, и, когда я с ним говорил, я увидел, что у него из глаз «идут искры». Это я нежно так говорю. Он спросил меня, почему я позволяю себе проклинать музейщиков, ведь у них умерли три человека. Я поворачиваюсь и говорю: «До вечера умрете все. Во имя Отца и Сына и Святого Духа». Правда. Еще один человек умер», – рассказал Павел.

Тут надо сказать, что некоторые места более чем 30-минутного монолога митрополита весьма живописны. Это и слова о «ветоши», которую Украина выдает за музейные ценности, и про иконы, которые митрополит Павел расписывал чуть ли не саморучно. Основной лейтмотив – все наше, даже то, что ваше. «Лавранаш».

Но самое показательное даже не это. Видео с рассказом о «святом проклятье» опубликовано в YouTube на канале «Лавра. Шлях до небес». Это намек? Издевка? Православный троллинг 80-го уровня? Обещание отправить кого-то на небеса в сочетании со смакованием подробностей смерти четверых музейщиков, которые всего лишь работали в ремонтных мастерских при монастыре, – это сюр. Неужели среди огромной команды пресс-секретарей, операторов, интервьюеров не нашлось никого, кто посоветовал бы святому отцу вырезать фрагмент с восхвалением черной магии из видео, которое будет размещено на церковном интернет-канале?

Большинство комментаторов, которые потешаются над откровением о массовом убийстве словом, отмечают мистицизм настоятеля лавры и его искреннюю веру в силу собственного проклятия. Мол, каков поп – таков и приход. В смысле стоит ли удивляться, что среднестатистический прихожанин УПЦ МП продолжает верить в московскую монополию на божественную благодать, если духовный пастырь возомнил себя новым Мерлином? Но ведь дело именно в вере. Митрополит Павел верит, что работники музейных мастерских умерли в результате его «святого проклятия». Это не вызывает у него никакого сомнения.

Но тогда где же печаль? Где молитва о врагах? Где раскаяние за слова, сказанные в сердцах? Мы ни слова не слышим о христианских канонах, о любви к ближнему. Откуда эта радость и ленинский прищур в глазах?

На видео наместник Киево-Печерской лавры восклицает: «Какая мы зарубежная церковь в Украине? Мы украинская!» Но почему тогда не слышно призывов к россиянам прекратить войну? Почему крымские митрополиты, которые раздают ордена гауляйтеру Аксенову, кропят святой водой ракетно-зенитные комплексы, нацеленные в глубь материка? Почему не исключены из рядов Синода УПЦ МП и принимают участие в формировании церковной политики в Украине? Суть в том, что в результате определенных мутаций РПЦ превратилась в секту верящих, что смерть – это проявление защиты, ниспосланной свыше.

«Порошенко – агент Путина». В чем абсурдность подобных обвинений?

Десятки тысяч погибших украинцев – это ведь тоже акт «заботы Путина об украинцах». В данном случае отец Павел ничем не отличается от пропагандиста Киселева или Путина с его знаменитым: «Мы попадем в рай, а они просто сдохнут».

Идеология «русского мира» дает разрешение на насилие всем своим приверженцам. Священники, скрывавшие в храмах Крыма и Донбасса оружие и иностранных диверсантов, чуть ли не канонизированные боевики Гиви и Моторолы, иконы с ликом душегуба Сталина, освящение российскими священнослужителями ракет «Сатана» – все это символы веры, против которых ни отец Павел, ни его прихожане никогда не протестовали.

Дело не только в том, что эти люди источают мрак, распространяют тьму и взывают к самым низменным инстинктам. Страшно, что они верят в собственные бредни.

Лариса Волошина, «Деловая Столица»