Гуманитарная аура

Что ожидать от борьбы России против мирового православия?

14 сентября 2018

В глобальном мире изоляционистские проекты – дорога в никуда. Но в данный момент в российском политическом истеблишменте есть запрос именно на такую идеологию.

Назначение экзархов Вселенского патриархата в Киев предсказуемо вызвало весьма острую реакцию в Москве. Спустя несколько часов в Моспатриархии уже выдали довольно воинственное заявление, в котором, однако, сквозили нотки растерянности. По всей видимости, в Чистом переулке не ожидали, что события будут развиваться именно таким образом, или, еще вернее, что они будут развиваться с такой скоростью, пишет на страницах «Деловой Столицы» Екатерина Щеткина. Назначение экзархов – шаг к развязке.

Все еще непонятно, по какому сценарию эта развязка будет разыгрываться, – по всей видимости, окончательно планы реализации проекта «Автокефалия» будут утверждены по результатам работы экзархов. Чтобы составить план, нужно хорошо знать реальную ситуацию и полагаться при этом не только на те данные, которые предоставляют заинтересованные стороны – Банковая, Пушкинская и Чистый переулок, но и на собственные глаза и уши.

Кремлеозабоченный сосед. Венгрия разжигает конфликт с Украиной и ЕС

Одна из основных задач экзархов – составить впечатление о реальном положении дел, расстановке сил и тех путях, которыми можно было бы реализовать планы на автокефалию с минимальным риском. Как для Украины, так и для репутации Фанара.

Сколько времени это займет? Вот вопрос, который мучает многих, и он действительно не праздный. Тут голоса экспертов рассыпаются по всей ширине диапазона: от «кратчайших сроков» до, мягко говоря, «никогда». С кратчайшими сроками все ясно – все решения будут приняты на Синоде в октябре. Ну максимум – до конца года.

Причины спешки понятны – весной президентские выборы, которые могут смешать карты патриарху Варфоломею в Украине. Если Петр Порошенко уступит кресло кому-то другому, вопрос о государственной поддержке проекта «Автокефалия» ставится под жирный знак вопроса.

Украина – это «Один народ» или «Враг номер один». Хроники российского зазеркалья от Цимбалюка

Ту же цель – подпереть президентскую кампанию Порошенко Томосом – могут иметь и западные союзники патриарха Варфоломея, которым вовсе не улыбается смена политических векторов в Украине.

Наконец, если правда то, что говорят о состоянии здоровья Вселенского патриарха, есть еще один повод поспешить с решением «украинского вопроса». Слишком много личного патриарх Варфоломей вложил в это дело. Слишком очевидно его желание передать своему преемнику обновленную роль первого среди равных в обновленном же мировом православии.

Отчего же возникают опасения, что дело затянется? Можно найти резоны не спешить. Многое будет зависеть от того, какие позиции займут потенциальные участники объединения в Украине и на какие компромиссы они согласятся.

Ликвидация личной гвардии Захарченко. Оккупанты добивают банду Прилепина

Еще совсем недавно можно было сказать, что многое в этом вопросе зависит от той позиции, которую займет Москва, – найдет ли она, что предложить Фанару, что могло бы помешать или хотя бы затормозить процесс обретения независимости украинской церковью. Когда в Моспатриархии взяли паузу, еще можно было рассчитывать на интригу и сколько-нибудь красивую игру. Но пауза быстро закончилась и оказалось, что тактику избрали самую простую: война.

Представители УПЦ МП осознают, что наступают сложные времена. Один из одиозных владык – Ионафан Елецких – уже запретил клирикам своих епархий вступать в какие-либо контакты с экзархами Вселенского патриарха.

А официальный спикер УПЦ МП о. Николай Данилевич вдруг предложил собрать Собор всех православных церквей – по интересующему нас вопросу. Он то ли забыл, что Вселенский патриарх уже предлагал всем желающим принять участие в таком Соборе два года назад – и его московское начальство проигнорировало это предложение, то ли считает, что соборы должны собираться только тогда, когда это нужно им, а не всем остальным.

Соцсети – последнее место свободы в России

Не приехав на Всеправославный собор, Моспатриархат сам лишил себя возможности обсудить интересующие его вопросы. Что ж теперь локти-то кусать? Предлагать Вселенскому патриарху «еще один Собор, уже полный», в надежде затормозить процесс предоставления автокефалии, кажется, просто поздно.

Можно предположить, что в Киевской митрополии царит не меньшая растерянность, чем в Моспатриархии. Шутка ли – Вселенский патриарх намекнул, что готов в любой момент признать неканоническим митрополита Киевского! И имеет для этого все основания и власть.

УПЦ МП, впрочем, пытается контратаковать. Управделами Киевской митрополии высказался в том смысле, что «они не признают новообразованную УПЦ». Заявление странное. Во-первых, кто «мы»? Во-вторых, на каком основании «не признают»? В-третьих, что стоит за этим «непризнанием» – какие конкретно действия? Или это психологическая атака на Вселенского патриарха – ты, мол, хочешь с помощью автокефалии преодолеть раскол, а мы будем упорствовать вплоть до собственного ухода в раскол? У нас ведь даже Воронежа нет, чтобы его разбомбить, мы просто назло маме утонем в луже.

К чему следует готовится Украине по ситуации на Донбассе?

Однако заявив о возможном «непризнании» УПЦ МП, Фанар может нейтрализовать – в случае чего – сопротивление со стороны и Москвы, и ее украинской «дочки». А вот «митрополитбюро» может «не признавать» кого угодно, но, боюсь, только малая часть верующих поймет такую резкую смену вектора: почему, когда раскольники не мы, то раскол – это плохо, а когда раскольники уже мы, то раскол – это хорошо.

В УПЦ МП имеют все основания считать, что «нас предали». Мало того, что ее только и делали, что подставляли последние четыре года, так когда «гром грянул», с ней, кажется, вовсе перестали считаться. Мало того, что митрополита Киевского не привлекли к консультациям, патриарх Московский, кажется, даже не думает попробовать решить украинский вопрос мирными методами. Напротив, украинским верным в Москве, кажется, четко определили роль «мучеников за истинную веру».

Притом что мирные методы решения украинского вопроса для Москвы вовсе не исчерпаны, – как почему-то поспешил сообщить главный дипломат Моспатриархии. Есть возможность, по крайней мере, потянуть время. Это не ликвидирует угрозу украинской автокефалии. Но может ее «переформатировать».

Избитое будущее России. Кремль идет на повышение ставок борьбы за свою власть

Например, можно поторговаться по поводу двойной юрисдикции – условия, гарантии, раздел имущества и т. д. Или можно нанести упреждающий удар, предоставив автокефалию УПЦ МП – срочно, пока Вселенский не успел.

Но нет. Отчего-то Москва предпочла немедленно начать бряцать расколами. Может, это, наконец, и есть «симфония»: если с точки зрения Кремля «кругомвраги», то и Моспатриархии пора перестать играться в экуменизм и прочую дипломатию. Война – значит, война. На всех фронтах.

Когда митрополит Иларион сказал «вероломный шаг», в воздухе немедленно запахло дымом. Ведь слово «вероломно» у любого советского школьника ассоциируется только с одним – с голосом Левитана, объявляющим о нападении фашистской Германии на Советский Союз. Не отстают и прочие записные МПшные «ястребы» – правда, от их комментариев, которые даже цитировать не хочется, пахнет уже не дымом, а серой.

Муждабаев: ФСБук – это уже не шутка. My congrats, Mark!

Голос митрополита Илариона – в отличие от голоса Левитана – выдает некоторую нервозность. Его можно понять: это сейчас глава Отдела внешних церковных связей – «второй человек» в церкви. Но когда церковь (как и страна) оказывается в изоляции, дипломаты отодвигаются на эпизодические роли. Митрополит Иларион, который, по всей вероятности, видел себя преемником патриарха Кирилла не только на должности главы ОВЦС, но и на патриаршем престоле, видит, как рушатся его собственные перспективы.

Несколько проясняют картину островки здравомыслия, которые возникают в этом море возмущения и истерики. Интересно не то, что они возникают, а то, что здравые мысли высказывают неожиданные люди на неожиданных площадках. Вчерашние непримиримые борцы с «хунтой» и «анафемой» вдруг замечают, что пути расходятся, что в нынешних политических обстоятельствах удержать Украину невозможно, что «они (то есть мы) потом об этом пожалеют, конечно, но раз они так хотят…»

В конце концов, «да, мы разные – к добру ли, к худу ли». В общем, те, от кого этого никто не ожидал, вдруг оказывается готов нас отпустить. Надо думать, неспроста.

Путин копит деньги на случай революции в России

Да, у РПЦ есть план Б. На тот случай, если Вселенский патриарх, наконец, «скомпрометирует себя окончательно», приняв под свою опеку Украину, есть возможность уйти в раскол. Но не в тот «плохой» раскол, в который уходят Украина, Эстония, Македония, а в хороший, «правильный» раскол – прочь из «прогнившей» системы «западного» православия.

План Б заключается не в том, чтобы правдами-неправдами удержать Украину. Напротив. Они ждут, что мы все-таки уйдем – по возможности, с треском. Еще лучше – с кровью. Не ради нас, само собой, – ради того, чтобы действующий патриарх потерпел позорное поражение. Показал воочию, что политика экуменизма и прочих «ересей» ведет только к краху.

Не то чтобы потеря Украины действительно стала крахом для российской церкви. Это крах не церковного, а политического проекта и связанных с ним претензий на мировой арене. Но в последнее время месседжи «для внутреннего потребления» становятся все более актуальными для России.

Российская политика на Дальнем Востоке. Мир с Японией как прецедент для Украины

Гораздо более актуальными, чем дипломатия. В условиях изоляции выгодно эксплуатировать идею не столько «духовной империи», сколько «остатка Израилева» – той малой, сердцевинной части, которая «очистилась» после того, как от нее отпали все «неверные» и колеблющиеся и ничего не осталось внутри, кроме чистой, незамутненной Истины. Кстати, российские коллеги говорят о возможности объединения РПЦ с Русской истинно-православной церковью, а в перспективе – об объединении с греческими старостильниками и создании «параллельного» мирового православия. «Истинного».

Конечно, в глобальном мире подобные изоляционистские проекты – дорога в никуда. Но в данный момент в российском политическом истеблишменте есть запрос именно на такую изоляционистскую идеологию «остатка», преданно хранящего «истину».

Екатерина Щеткина, «Деловая Столица»