Политика

Насколько важен разрыв «Большого договора» между Украиной и Россией?

31 августа 2018

Нет никаких объяснений странного и затянувшегося дуализма: у нас четыре с лишним года гибридная война с РФ, а мы с ней никак не «надружимся». Но есть и другие тонкости данного вопроса.

Заявление Петра Порошенко о том, что в ближайшее время украинский МИД должен подготовить пакет документов для прекращения действия Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и РФ, подняло дискуссионную волну, на гребне которой оказался самый уязвимый для спекуляций вопрос: граница. Об этом пишет на страницах «Фокуса» Юрий Божич.

Аргументация оппонентов президента, считающих, что односторонний крест на договоре – это чуть ли не джига на костях ради привлечения патриотически настроенного электората на выборах-2019, сводится к довольно удручающей картинке. Дескать, российские агрессоры сядут где-нибудь у себя в Думе в кружок, потрут руки и воскликнут: «Ага! Денонсировали! Пеняйте на себя! Претензии по Крыму не принимаются! Аминь!».

Кокаин «единороссов»: когда мексиканские картели обзаведутся ядерной бомбой?

Когда слышишь фразу Петра Алексеевича о «юридической защищенности», с которой мы якобы подошли к данному решению, хочется, мягко говоря, пожать плечами. Никакой документ, подписанный с Москвой, не является гарантией защиты от каких-либо посягательств с ее стороны. За четыре года это можно было бы и усвоить. Если Путину вздумается спустить в унитаз любые «охранные грамоты» – он это сделает.

В конце концов, Будапештский меморандум никто официально не отменял, но проку от него… Так ведь под ним, слава Богу, стояли – вдобавок к нашей и российской – еще две подписи: Лондона и Вашингтона. И чего? И ничего. Лавров, похожий «одновременно на араба и его лошадь» (я польщу главе МИД РФ – на самом деле Цветаева однажды так выразилась о Пастернаке), все объяснил. Оказывается, Москва условия того соглашения соблюла. Она же не угрожала Киеву ядерным оружием, правильно? Ну и все! Всем спасибо, все свободны!

Думать, что сегодня Россию от дальнейшей агрессии удерживает какой-то там двусторонний договор – себя обманывать. Гробы с псковскими десантниками – да, удерживают. Волатильность цен на нефть – да, в какой-то мере. Санкции – отчасти. Но вовсе не договор.

Россия в «мертвой точке» своего развития. Импотентность власти и общества

Если бы это было хоть на десятую долю правдой, нам бы, даже при разорванном российским «Градами» на Донбассе в клочья договоре, не было и малейшего повода волноваться о судьбе наших границ. Потому что они регулируются не только статьей упомянутого документа.

Например, еще в апреле текущего года Елена Зеркаль и Тарас Качка писали: «Преамбула Договора о дружбе ссылается на Договор между Украинской ССР и РСФСР от 19 ноября 1990 г., в котором стороны определили свои границы и который позже был подтвержден Дагомысским соглашением между Украиной и Российской Федерацией о дальнейшем развитии межгосударственных отношений. Позднее положения Договора о дружбе в части уважения суверенитета и территориальной целостности были упомянуты в преамбуле к Договору между Украиной и Российской Федерацией об украинско-российской государственной границе от 28 января 2003 г. Ни одно положение Договора о границе не делает его зависимым от действия Договора о дружбе».

Понятно? Вполне. Но опять-таки, это если бы добродетели Москвы простирались так далеко, что там хотя бы иногда читали документы, которые визируют. Перед сном в царской опочивальне. Или в Госдуме, в перерывах между филиппиками Жириновского.

Русификация американской политики: кто выиграет «Холодную войну»?

Последний, между прочим, в июне заявил о том, что направил Путину письмо, в котором изложил убедительные доводы в пользу расторжения пресловутого договора. А буквально на днях пояснил: «Разрыв этого соглашения позволит оспорить все границы России и Украины».

Во как!.. Те, кто у нас повторяет риторику бесноватого Вольфыча, по-видимому, тоже так считают. А ничего, что во время аннексии Крыма договор – действовал? А границы, тем не менее, «оспаривались» при помощи фейкового референдума и позеленевших от собственной вежливости человечков.

Кому-то может не нравиться, что Порошенко вытащил эту карту, чтоб использовать ее в избирательной гонке. Но Порошенко – политик. Он может тянуть в свою строку любое лыко. Это его право. Подгадал под выборы – молодец. Хотя по-хорошему начертать на договоре Requiescat in pace следовало бы давно. Потому что, похоже, нет никаких внятных объяснений странного и весьма затянувшегося дуализма: у нас четыре с лишним года гибридная война с Россией, а мы с ней, родимой, никак не «надружимся». Причем до такой степени, что по данным нашего Госстата, только в первом полугодии этого года больше всего прямых инвестиций в Украину поступило именно из России – 436 млн долларов или 34,6% от общего объема.

На смерть Кобзона: провинциал которому хотелось есть, и он готов был на все

И теперь, если следовать логике тех, кто полагает, что договор следует сохранить, мы, получается, должны играть в эти игры дальше? Сомнительное намерение. Партнеры Украины на Западе в таком случае могут сказать: «Замечательно! Вы продлили договор еще на десть лет (а так и случится, если мы до 1 октября будем молчать, выдавая стиснутые зубы за братскую улыбку) – значит, у вас в двусторонних отношениях все нормально».

Не, ну а как? Когда насильник и жертва изображают такое изощренное взаимопонимание, органам дознания, правосудия, психологической и прочей помощи делать здесь нечего. Немного Библии (волк ляжет с агнцем), немного Стокгольмского синдрома – ребята, да все у вас в порядке! Живите дружно. Плодитесь и размножайтесь. И нечего к нам обращаться за помощью! Нечего требовать, чтобы мы клеймили Россию! Вводили (порой в ущерб себе) против нее какие-то санкции! Такое, на первый взгляд, очевидное многим из нас кажется сейчас невероятным.

Но вспомните, не казалась ли нам невероятным то, что происходит сейчас между Украиной и Россией тогда, в 1998 году, – когда этот Договор подписывали Ельцин, призывавший просыпаться с мыслью: «А что ты сделал для Украины» и Кучма, которому, вероятно, сейчас все происходящее кажется страшным сном…

Юрий Божич, «Фокус»