Концептуально

Андрей Клименко: Россия блокирует Азовское море. Как реагирует Европа?

11 июля 2018

После саммита Украина-ЕС становится ясно: за агрессию в Азовском море против РФ могут начать новую волну санкций. И для того, чтобы этот сценарий реализовался, Украине следует приложить хотя бы какие-то усилия.

В Брюсселе состоялся саммит Украина-ЕС, в котором приняли участие президент Европейского совета Дональд Туск, председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер и президент Украины Петр Порошенко. Событие завершилась принятием Декларации, которая содержит важные для Украины положения, пишет на страницах «Нового Времени» глава наблюдательного совета «Майдан закордонних справ», эксперт по вопросам Крыма Андрей Клименко.

К примеру, в пункте 8 настоящего итогового документа говорится: «… Мы продолжаем осуждать незаконную аннексию Крыма и Севастополя Российской Федерацией, проведение выборов РФ на территории незаконно аннексированного полуострова и ухудшение ситуации с правами человека в Крыму, строительство моста через Керченский пролив без согласия Украины, дальнейшую милитаризацию полуострова, а также Черного и Азовского морей. Мы остаемся преданными обязательствам в полной мере имплементировать политику непризнания, в том числе с помощью ограничительных мероприятий».

Удастся ли НАТО усмирить Трампа?

Под «ограничительными мерами» подразумеваются санкции. О милитаризации полуострова говорилось не раз, но именно в этом документе также приняли новую конструкцию – о Черное и Азовское моря. В дипломатических документах, особенно в документах ЕС, каждое слово имеет значение.

И даже то, как построена фраза: обратите внимание, что в одном предложении вспоминают незаконную агрессию, выборы, ухудшение ситуации с правами человека, строительство моста, дальнейшую милитаризация, а также – ситуацию в Черном и Азовском морях. Люди, которые имели дело с решением дипломатических вопросов не на словах, а по документам знают: если в резолюции есть слово «милитаризация» по отношению к чему-то, то это открывает путь к принятию новых, следующих документов со ссылкой на пункт этой резолюции.

А учитывая то, что именно этот документ не кого попало, а Европейского Совета, это означает, что он согласован со всеми правительствами этих стран. Теперь этот пункт можно ссылаться в международных документах – не только ЕС, но американских и ООН. Любой дипломат скажет вам, что когда удалось получить упоминание в документе на таком высоком уровне – это хорошо. И резюмируя все вышесказанное, стоит отметить, что мы можем надеяться на новую волну санкций против РФ за агрессию на море.

Новый удар по России. «Новичок» – таран сносящий остатки репутации

4 года назад как представители государственных органов, так и гражданское общество Украины добивались, чтобы в международных документах речь шла именно об оккупации и аннексии Крыма. Теперь это – общеизвестный факт. Затем, на основании тех документов внедрялись ограничительные меры, в том числе, и санкции.

Но также не стоит и преувеличивать упоминание Азовского моря в Декларации – надо и самим продолжать действовать: как президенту, так и МИД и другим структурам, которых это касается. Ведь на самом деле, ситуация в Азовском море не улучшается.

По состоянию на 10 июля за последние две с половиной недели вырисовалась вся технология российской блокады украинских портов Азовского моря. Две-три недели назад речь шла о том, что на основании бестолкового соглашения от 2003 года между Украиной и Россией о совместном использовании Азовского моря и Керченского пролива, береговая охрана пограничной службы ФСБ РФ безосновательно задерживала все морские суда, которые шли в/из Мариуполя и Бердянска на несколько часов и проводили обыск. Это приводило к тому, что суда в своем рейсе задерживались на 3-4 часа.

Нападет ли Путин на Украину после мундиаля?

Сейчас этот алгоритм пополнился еще двумя типами агрессии. Все суда, которые идут из Черного в Азовское портов (замечу, что говорю только об украинских портах), предварительно попадают на якорную стоянку в Керченском проливе. Судам всегда там приходилось ждать: пока через Керченский пролив пройдет встречный караван.

Иногда – обходилось совсем без этого, а обычно ожидать приходилось от одного до двух часов. Сейчас этот период может составлять и 70, и 62, и 48 часов. То есть, процесс умышленно затягивается: суда, идущие в Мариуполь и Бердянск, просто не включают в состав караванов, проходящих через Керченский пролив на север.

Но на этапе дождались-прошли-потеряли время ситуация не заканчивается: потом суда задерживают и непосредственно в Азовском море, а также на обратном пути по Азовскому морю. Наконец, судно уже с грузом подходит к Керченскому проливу с обратной стороны, – где также есть якорная стоянка, где суда также должны получить разрешение на прохождение через Керченский пролив из Азовского в Черное море, и далее – в Европу и Турцию.

Разгромить ФИФА. Как украинцы выиграли информационную битву с Кремлем

На этом этапе пути традиционный период ожидания также не превышал 1-2 часов. Но теперь суда могут задерживаться там и на 10, и 15, и 30 часов. Подытоживая, мы видим, что конкретное судно за счет этих действий может терять и два, и три, и четыре дня, не учтенные в расчете продолжительности рейса. Это очень большие убытки.

Ранее непосредственно в Азовском море к судну подходил пограничный катер, с которого высаживалась команда и обзорная группа, из-за чего и были задержки. Но эти действия были просто демонстрационными: подействовать на нервы задержкой где-то в 3:00. Однако, представьте ситуацию теперь с позиции капитана или экипажа, которые идут за грузом в Мариуполь, а в Керченском проливе со стороны Черного моря ожидают и 60, и 45 часов. При этом, понимая, что это – намеренно, потому что мимо проходят суда. А после того, как груз забрали и пошли в обратном направлении, их снова задерживают на десятки часов: вместо того, чтобы в обычном режиме быстро пройти этот этап, приходится ждать, но теперь еще и с грузом.

Поэтому я считаю, что РФ в Керченском проливе получила некий ключик, который открывает возможности контроля за водным пространством: сначала – в виде Керчеснкого моста, геометрия которого делает невозможным прохождение половины флота к нашим портам. А теперь еще добавился элемент неопределенности: хотим – сегодня задержим судно на 20 часов, а завтра – вообще на трое суток. Все это направлено на понятные цели: подавление украинской морской торговли через Мариуполь и Бердянск.

Забавные метаморфозы фантастические путинских 86 процентов, – Цимбалюк

Поэтому нужно продолжать давать факты в ЕС, ООН и другие структуры. Да и самим стоит что-то делать: ведь до сих пор, от 17 мая, когда и началась агрессия, не было и нет ноты МИД. Как не было и нет заявления президента. Даже СНБО не делала заявлений, хотя почему бы им не созывать собственно заседание, чтобы рассмотреть эту проблему?

Так, президент Порошенко у себя в фейсбуке писал о фактах активности РФ в Азовском море по задержанию судов – в том числе, военной агрессии, – и они будут направлены нашим иностранным партнерам. Но справедливо спросить: а что все это время, с таким изменением ситуации, делает, собственно, Украина? Тем более, правительства неоднократно делались предложениями о вариантах действий.

Включение Азовского моря в финальный документ саммита Украина-ЕС теоретически можно рассматривать как основание для введения санкций. То, что в документе после упоминания Черного и Азовского морей, стоит именно «ограничительные меры» – не случайность. Это некий сигнал Украине: такой вариант развития событий возможен. Но мы первыми должны ввести санкции.

Мир постправды: кому можно верить?

Украине можно и нужно вводить санкции против, например, российского порта «Кавказ»: оттуда каждый день идут паромы, а также там обслуживаются суда в Керченском проливе. Также следует ввести санкции против российских портов на Азовском море: «Азов» и «Ростов», через которые идет весь грузовой трафик на оккупированный Крым. Надо также ввести санкции и запретить, чтобы российские суда заходили в украинские порты. От министерства инфраструктуры даже была подобная инициатива (но она не получила развития): в условиях войны торговые суда России, под своим или другими флагами, не должны ходить по Днепру. Но они ходят: и в Херсон, и в Запорожье.

Мы все боимся, что Путин нападет, – поэтому ничего не делаем: но он и так нападет. Лучше сопротивляться, а, может, даже и самим атаковать. И вот когда мы введем санкции против российского судоходства в ответ на их фактические действия, – по сути, акт агрессии и экономическую войну, – тогда можем и к государствам, которые нас поддерживают, обратиться с фактажем: вот Украина приняла санкции в отношении идиотского поведения России в Азовском море – просим их поддержать и США, и страны ЕС.

У нас есть инструменты. Мы можем повлиять на ситуацию. Но почему-то не делаем этого.

Андрей Клименко, «Новое Время»