Концептуально

«Крым – наш!». Несостоятельность российских попыток оправдать аншлюс Крыма

19 июня 2018

У пропагандируемого Кремлем нарратива, что аннексия Крыма имеет исторические оправдания и ее почти единогласно поддерживает все население, есть много сторонников не только в России, но и на Западе

Часто эти комментаторы считают себя – в отличие от «идеалистических» защитников международного права, – геополитическими «реалистами» или даже, в отличие от своих слишком эмоциональных коллег, более сбалансированными и незангажированными наблюдателями. Эта проблема еще больше касается различных немецких и других европейских публицистов так называемых «Russland-/Putin-Versteher» или «понимающих Россию/Путина», то есть заинтересованных в Восточной Европе, которые считают, что они лучше других экспертов знают русскую «душу», пишет на страницах «Нового Времени» кандидат исторических и политических наук, старший научный сотрудник Института евро-атлантического сотрудничества в Киеве и главный редактор книжной серии «Советская и постсоветская политика и общество» издательства «Ибидем» в Штутгарте Андреас Умланд.

Прямые переговоры Украины с Россией: Кравчук пытается реализовать план Медведчука

На базе этих якобы глубинных знаний России данные «Russland-/Putin-Versteher» имеют определенную симпатию или, по крайней мере «эмпатию» к внешней политике сегодняшнего Кремля, отмечает автор.

Но различные апологетические нарративы аншлюса Крыма часто оставляют без внимания тот факт, что российская пропагандистская подготовка, операция спецслужб и военная интервенция уже начались в феврале 2014 года. Если не раньше. В западных комментариях зачастую забывается, что фактический аншлюс полуострова Россией уже произошел за несколько дней до мнимого «провозглашения независимости» Автономной Республики Крым (АРК) 11 марта 2014 и официальной (противоправной) аннексии этих территорий РФ 18 марта 2014 года.

Прокаженная Россия. Удел «империи зла» – загнивание и разложение

И только внезапная военная оккупация полуострова Москвой в конце февраля – начале марта 2014 года сделала возможным это изменение границ и предопределила официальный процесс сецессии полуострова и его формального захвата РФ. Общий ход отделения Крыма от Украины и аншлюса в Россию не только грубо нарушил несколько фундаментальных международно-правовых норм и Конституции Украины, АРК и даже самой РФ – факты, которые уже относительно хорошо освещены в западной научной юридической литературе. Различные политические детали «референдума», организованного Кремлем 16 марта 2014, также ставят под сомнение популярный среди на удивление многих тезис западных политиков, журналистов и дипломатов, согласно которому подавляющее большинство жителей Крыма якобы настоятельно требовало «воссоединения» полуострова с РФ, и что для этого аншлюса были веские исторические причины.

Сомнительные результаты «референдума»

Как ни странно, но один из особо критичных ранних комментариев по поводу фиктивного референдума в Крыму был высказан тремя представителями Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, то есть, официального консультативного органа Владимира Путина. Один из членов этого авторитетного российского учреждения в качестве частного лица посетил Крым в середине апреля 2014 года.

Медный всадник. Российская имперская идеология в памятниках

Опираясь на наблюдения и разговоры во время его неофициального визита, а также на другие исследования, три члена Совета по правам человека впоследствии публично выступили с сообщением, что по оценкам «практически всех опрошенных экспертов и жителей» процент людей, которые приняли участие в «референдуме» в АРК, составлял не 83,1%, как сообщалось (тогда уже подконтрольным Кремлю) крымскими органами власти, а от 30% до 50%. По оценке трех видных российских правозащитников, среди жителей АРК, принявших участие в референдуме, аннексию поддержали не 96,77%, как сообщали верные Москве органы власти АРК, а от 50% до 60%.

Эти цифры не сильно отличаются от среднего результата различных опросов о присоединении Крыма к России, проводившихся на полуострове до аннексии. Критическая оценка голосования в Крыму 16 марта 2014 года тремя членами Совета по правам человека при президенте РФ также поддерживается статистическим анализом временной динамики официально указанной явки предполагаемых участников псевдо-референдума. Это исследование указывает на вероятную масштабную фальсификацию результатов голосования. Итоги неофициального доклада российских правозащитников тоже подтверждаются еще более низкой оценкой участия крымских избирателей в голосовании Меджлиса крымских татар.

Кумовство с Путиным и вред для Украины

Даже если учесть вероятность более высокой явки и большей поддержки аннексии в городе Севастополь, как базы российского Черноморского флота, получается, что за присоединение полуострова к России, вероятно, свои голоса отдали менее трети всего населения Крыма. Это слишком маленький процент для того, чтобы хотя бы частично оправдать такое существенное изменения границ Европы после конца «холодной войны». К тому же, доклад членов российского Совета по правам человека цитировал политических экспертов в Крыму, которые отмечали что «жители Крыма голосовали не столько за присоединение к России, сколько за прекращение, по их словам, коррупционного беспредела и воровского засилья донецких ставленников».

Почему опросы, проведенные позднее, не легитимизуют «референдум»

По данным последнего релевантного опроса, состоявшегося в середине февраля 2014 года, – за несколько дней до начала оккупации Крыма российскими солдатами без опознавательных знаков, – объединение России и Украины в одно государство (такой вопрос был поставлен социологической службой) тогда поддержал 41% опрошенных в АРК, не считая город Севастополь. Этот результат более или менее соответствует результатам ранних опросов относительно возможного присоединения полуострова к России.

Патриотизм и экономика: бизнес в России в традициях СССР

Зато различные опросы, проведенные после военного и политического захвата Россией Крымского полуострова, кажется, демонстрируют более чем в два раза большую поддержку аннексии жителями Крыма: этот показатель после 2014-го года, как правило, увеличивают, иногда даже больше, чем на 80%. Однако такие якобы однозначные результаты, полученные уже после аннексии, по ряду ниже изложенных причин имеют лишь частичную значимость при трактовке событий, которые имели место в Крыму в начале 2014-го года.

Это связано с тем, что результаты последних опросов надо не только рассматривать как прямое следствие влияния мощной антиукраинской кампании травли, проведенной прокремлевскими СМИ – единственными источниками действительно массовой информации, которые доступны жителям Крыма с марта 2014 года. Некоторые интерпретации последних опросов, в которых подавляющее большинство респондентов, видимо, поддерживает аннексию, не берут в достаточной мере во внимание известную тенденцию к принятию избирателями позиции, обусловленные предыдущими событиями, и к поддержке в данный момент действующего статуса-кво. Решения, принятые на народных голосованиях, вызваны не только политическими предпочтениями голосующих, но и такими факторами как общественный конформизм или стратегический расчет.

Идею Национальной ассамблеи Тимошенко взяла у Путина, – Федорин

Принятый в какой-либо ситуации весомый политический выбор в значительной мере зависит от того пройденного пути (т.н. «path-dependency») и тяжести, неудобств и рисков изменения этого ранее вольно или невольно избранного направления развития. Во многих опросах по наиболее фундаментальным вопросам о государственности, границах и безопасности отражаются не только идеологические предпочтения, но также и общая склонность к поддержке действующего государственного порядка и желание сохранения общественного спокойствия – если, конечно, они есть. Частичным примером этого явления был референдум о независимости Шотландии в 2014 году, когда 55,3% населения, в котором около 84% себя считают шотландцами и среди которого всегда были сильны сепаратистские тенденции, проголосовало против независимости своего региона от Объединенного королевства.

В этой связи стоит напомнить, что фактор приверженности избирателей к данному статусу-кво имел на территории Крыма до начала 2014-го года впечатляющие «проукраинские» последствия. Эффект зависимости политического поведения от ранее выбранного пути и тенденция поддержки любого действующего порядка, если он не противоречит коренным интересам людей, обеспечивал относительно высокий уровень политической стабильности на полуострове за последние 20 лет, несмотря на, бесспорно, сильное присутствие промосковских настроений среди многих этнически русских крымчан еще до прямой медийной и общественной подготовки аннексии Кремлем с начала 2014-го года.

«Газпром» боится выйти из тени

По результатам интервью в рамках серьезного полевого исследования британского политолога Элеонор Нотт за несколько месяцев до Евромайдана, даже те жители Крыма, которые придерживались однозначно пророссийских взглядов в 2012-2013-х годах при постановке вопроса «или-или» высказывались скорее конформистски, т.е. за сохранение полуострова как части Украины, а не за его включение в РФ. Эта, на первый взгляд, неожиданная преференция среди промосковски настроенных крымчан, наверное, чаще всего не была результатом каких-то особых симпатий к украинскому государству, а, скорее, желанием сохранить стабильность, предсказуемость и спокойствие в своем родном регионе.

Более того, некоторые наблюдатели, которые ссылаются на исследования, проведенные уже после аннексии, кажется, недооценивают или вообще игнорируют возможные риски, с которыми приходится считаться потенциально проукраински или просто не пророссийски настроенным респондентам опросов о желаемой принадлежности Крыма. Такие респонденты на оккупированном полуострове должны сегодня иметь значимую степень мужественности и быть готовы к возможным неприятностям для себя и своих близких, если они открыто выразят перед незнакомцами – т.е., предполагаемыми сотрудникам социологических служб, – свои сомнения касательно российской аннексии, свое сожаление об отделении полуострова от Украины, или даже свое одобрение возвращения Крыма под контроль Киева. Учитывая новую политическую и правовую ситуацию на полуострове с начала российской оккупации, такое поведение может привести к различным «проблемам».

Путинская Россия должна сдохнуть, что бы я дожил до старости, – Бабченко

После того, как Москва аннексировала крымский полуостров, он превратился в один из тех регионов Европы, где уровень обеспечения базовых политических и гражданских прав является наиболее ограниченным. С 2014-го года неодобрение так называемого «воссоединения» стало на территории Крыма все больше политически стигматизировано прокремлевскими СМИ и властью.

В худшем случае, выражение такой позиции может иметь серьезные последствия для респондентов – если, например, опрос прослушивается, или же вообще просто инсценируется спецслужбами. Помня советский порядок и репрессивную практику КГБ, из которого вышли Путин и Ко, некоторые крымчане, пожалуй, не готовы к выражению своих возможных нонконформистских взглядов перед людьми, которые себя представляют как всего-навсего «исследователи».

С 2014-го года в Крыму действует достаточно жесткое «анти-экстремистское» и «анти-сепаратистское» российское законодательство, направленное на ущемление общего политического диссидентства. Москва и ее представители в Крыму постоянно преследуют политических инакомыслящих в Крыму. Это особенно касается антимосковски настроенных членов крымскотатарского меньшинства – да часто и просто приверженцев украинской символики и культуры. По этим и подобным причинам, возможные последствия критики аннексии, сожаление об отделении от Украины, или же признание принадлежности к украинскому государству в опросах для респондентов предусмотреть невозможно.

Мундиальные страсти: о сборной российской замолвите слово

Наверняка опасения о непредсказуемых последующих угрозах – вне зависимости от реальной вероятности их будущего воплощения – существуют среди многих проукраински настроенных опрошенных. Вероятно, поэтому некоторые или даже многие проукраинские жители Крыма отказываются от участия в опросах о статусе полуострова. По всем этим причинам следует осторожно относиться к результатам исследований отношения избирателей Крыма, проведенных даже известными западными социологическими институтами на полуострове после российской аннексии 2014-го года. Эти данные имеют только ограниченное значение для оценки реальной народной поддержки для российской аннексии Крыма до начала ее систематичной подготовки Москвой с начала 2014-го года.

Сомнительное прохождение «референдума»

Возвращаясь к событиям весны 2014-го года, существуют и другие причины, по которым проведенный Россией псевдореферендум не может быть даже частичным оправданием снисходительного отношения к России в вопросе аннексии Крыма. Подготовка, процедура, медийная поддержка и формулировка «референдума» были настолько явно тенденциозными, что этот процесс голосования можно использовать в учебниках как классический пример манипуляции голосованием. Так, дату проведения «референдума» в течение короткого периода времени дважды меняли. У жителей Крыма не было ни времени, ни возможности открыто, свободно и критически обсудить альтернативы, среди которых они могли выбирать на предполагаемом народном голосовании 16 марта 2014 года.

Мир не черно-белый снимок. О российском обществе и политике

До проведения «референдума» ОБСЕ озвучила причину, по которой она не посылала своих представителей наблюдателями на это голосование: «Международный опыт […] показал, что процессы, направленные на изменение конституционного порядка, и обсуждение региональной автономии – сложные, и требуют много времени. Иногда они могут длиться несколько месяцев и даже лет […]. Политические и правовые изменения такого характера должны обсуждаться в рамках инклюзивного и структурированного диалога на национальном, региональном и локальном уровнях». Эти условия не были соблюдены. Поэтому ОБСЕ и все другие сколько-нибудь компетентные международные правительственные и неправительственные организации, наблюдающие за подобными голосованиями, отказались присылать своих представителей. Вместо них Кремль пригласил несколько десятков членов различных иностранных радикальных и, в большинстве случаев, особенно маргинальных нероссийских политических группировок и представил этих гостей российским телезрителям как «международных наблюдателей».

Сборная России должна проиграть. Нельзя допустить триумфа Путина на мундиале

Голосование проходило под ощутимым психологическим давлением, создаваемым демонстративным присутствием российских солдат без опознавательных знаков («зеленые человечки», или же «вежливые люди») и пророссийских бойцов разных нерегулярных военизированных групп. Странным является и то, что среди предложенных на «референдуме» вариантов голосования не было шанса проголосовать за простое сохранение статуса-кво, то есть Конституции АРК, действующей с 1998-го года. Зато у крымских избирателей были две возможности изменить правовой статус Крыма: проголосовать или за присоединение полуострова к РФ, или за возврат к более старой конституции АРК 1992-го года. К тому же, обе возможности были сформулированы на бюллетенях амбивалентно – и, в определенном смысле, даже абсурдно.

«Россия», Российская империя и Российская Федерация

Первый вариант на псевдореферендуме обещал жителям Крыма «воссоединение» полуострова с «Россией». Однако, как хорошо известно, Крым никогда не был частью какой-либо «России», которая бы была отделена от большинства территории постсоветского украинского государства, в состав которой полуостров входил с 1991-го года. Большая часть современной материковой Украины, примерно столько же, сколько и Крым, была сначала частью царской империи, а затем – СССР, то есть, тех государств, которые, очевидно, имелись в виду под словом «Россия» в «референдуме» 2014-го года. Своим употреблением слова «Россия» в крымском «референдуме» – так же, как и во многих других случаях – Кремль играется с понятиями и терминами. Несмотря на примитивность этих словесных игр («фашизм», «путч» и т.д.) такая очевидная манипуляция на многих западных обозревателей в той или иной мере действует.

Россия накануне распада с большими жертвами, – Сотник

С 1783-го года по 1991 год Крым принадлежал к Всероссийской империи, которую иногда называют «Россией». Но эта бывшая «Россия», конечно, не соответствует сегодняшнему российскому национальному государству. Большая часть всей территории современной Украины, а не только Крыма, когда-то входила в состав царского и советского государств – так же, как и территория почти всей сегодняшней Российской Федерации. Обе постсоветские республики, РФ и независимая Украина, являются государствами-преемниками той «России», воссоединение с которой было обещано крымчанам на псевдо-референдуме 2014-го года.

На Западе многие до сих пор не понимают, что крымский полуостров никогда не входил в состав какого-то мифического российского государства, которое бы существовало отдельно от большинства территории сегодняшней материковой Украины. Единственным наземным сообщением между Крымом и территорией современной РФ в имперские и советские времена, очевидно, была юго-восточная сухопутная часть Украины, по территории которой, собственно, и произошел захват Крыма Екатериной Великой в восемнадцатом веке. По этим причинам, Крым не мог быть отдельно разделен с «Россией» в 1991-м году и, соответственно, не мог быть «воссоединен» с РФ в 2014-м. В 1991-м году вся Украина, включая черноморский полуостров, входивший в ее состав как геологически, так и исторически, отделилась от «России».

Путину и Медведеву пора в отставку

Правда, как после присоединения полуострова к царской империи в 1783-м году, так и позже, после его включения в советскую империю, этнические украинцы никогда не доминировали среди населения Крыма. До конца XIX века большинство крымчан составляли крымские татары, сегодня настроенные в своем большинстве решительно проукраински. Только позже, в результате многолетнего изгнания, угнетения и депортации татар, — большинством в населении Крыма стали этнические русские. Относительная демографическая «русскость» Крыма таким образом – довольно юным феноменом, который является в значительной мере результатом применения Москвой массового насилия против крымских татар.

Историческая связь Крыма с сегодняшней Россией, а не предпочтенной татарами Украиной, и по другой причине – хрупкая. В составе царской империи после 1802-го года Крым принадлежал к Таврической губернии. Этот большой административный округ охватывал не только территорию крымского полуострова, но и значительную часть современной юго-восточной материковой Украины, соединенной с Крымом Перекопским перешейком.

Пенсионная реформа в России. Надеется можно только на самого себя

Сухопутная часть Таврической губернии была демографически больше Крыма, а ее население преимущественно составляли, по царской терминологии, «малороссы». По данным переписи населения 1897-го года из 1,4 млн жителей всей Таврической губернии (т.е. Крыма и ее материковой части к северу от него), около 0,4 млн были русскоязычными, а около 0,6 млн – украиноязычными. Из 0,55 млн жителей Крыма же, 35,5% тогда были татарами, 33,1% – русскими, а 11,8% – украинцами. Таким образом, более чем 100-летний таврическо-царский период крымского прошлого свидетельствует, скорее, об административно-исторической связанности полуострова с территорией современной материковой Украины и с проукраинскими крымскими татарами, чем с современной Российской Федерацией и российской нацией.

Принадлежности Крыма к РСФСР в 1921-1954 годах, на которую часто ссылаются российские сторонники и западные апологеты аннексии, следует противопоставить 37-летнюю принадлежность Крыма к УССР в 1954-1991-х годах. К тому же, на период принадлежности к РСФСР приходится наибольшая и самая жестокая смена населения полуострова. В 1944-м году по приказу Сталина состоялась зверская массовая депортация крымских татар и несколько других меньшинств полуострова в Центральную Азию. При и в результате этой этнической чистки погибла большая часть коренного населения Крыма.

День сурка продолжается. Путинский куратор ОРДЛО Сурков сохранил свой пост

История депортаций, многолетнего изгнания, возвращения и реинтеграции крымских татар на их родину в составе поздне- и послесоветской Украины, а также культ Сталина в советской и постсоветской России сформировали, среди других факторов, геополитические предпочтения крымских татар, которые на сегодняшний день составляют около 12% населения полуострова. Исторический опыт объясняет поддержку крымскими татарами и их организациями суверенности и целостности постсоветского украинского государства и их согласие с возвращением Крыма в состав Украины – и, в значительно меньшей степени, с независимостью Крыма. Проукраинская позиция крымских татар и история их депортации были коротко продемонстрированы широкой европейской публике победой на конкурсе Евровидения в 2016 году крымскотатарской певицы Джамалы, представлявшей Украину с песней «1944».

Какие-либо события советского периода, подобно событиям дореволюционного периода в целом нельзя приводить как исторические аргументы в пользу российской аннексии 2014-го года. Они мало касаются сути сегодняшнего дела, поскольку относятся к развитиям внутри былой империи. Советский Союз был тоталитарным государством, в котором экономически мотивированная передача Крыма от РСФСР в УССР в 1954-м году имела исключительно административное, а не политическое значение.

Айдер Муждабаев: Произошедший в Москве наезд на пешеходов – теракт

Более того, таких случаев административного перехода территорий внутри СССР было много. Так при изменении административных границ республик молодого СССР в 1925 году УССР потеряла в пользу российской и белорусской ССР территории, большие по объему, чем территория Крыма, который она получила в 1954-м году. Однако до аннексий 2014-го никто из украинской политической элиты не выдвигал официальных территориальных претензий к соседним странам, опираясь на эти факты, или на многочисленные карты дореволюционного периода, на которых территория «Украины» значительно превосходит территорию современного украинского государства. Такого рода исторические нарративы, мегаломанские видения и ирредентистские планы, как и в большинстве стран, в Украине оставались до российской агрессии прерогативой крайних и маргинальных политических течений. Только после начала российско-украинской войны публичная украинская риторика, например, касательно Кубани, стала более провокационной.

По этим и другим причинам постсоветское руководство России, несмотря на большое количество споров, до 2014-го года никогда официально не ставило под сомнение принадлежность Крыма к постсоветской Украине. Оно утвердило эту принадлежность во многих договорах и соглашениях, несмотря на многочисленные неофициальные политические претензии российских политиков и некоторых реваншистских деклараций российского парламента, имевших место после 1991-го года.

Прости, Рамзан. Когда Путину придется извинятся перед Кадыровым

Двумя юридически наиболее весомыми документами, подчеркивающими принадлежность Крыма к Украине, являются трехстороннее российско-украинско-белорусское Беловежское соглашение о роспуске СССР 1991-го года и двустороннее российско-украинское соглашение о прохождении границы между двумя странами, подписанное в 2003-м году. Оба договора были ратифицированы российским и украинским парламентами согласно всем нормам и подписаны тогдашним президентами России и Украины. В официальной Справке администрации Президента РФ по поводу подписания Путиным закона о ратификации договора о государственной границе между Россией и Украиной в 2004-м году сообщалось: «За основу была принята существовавшая административная граница между РСФСР и УССР на момент распада СССР с учетом ее оформления соответствующими государственными правовыми актами».

Непонятная альтернатива аннексии на «референдуме»

Второй предложенный на «референдуме» 16 марта 2014 года вектор развития обещал крымчанам возвращение к «Конституции Республики Крым 1992-го года». Эта формулировка еще больше сбивала с толку, чем первый вариант о «воссоединении» полуострова с «Россией». Парадокс второго вопроса «референдума» к жителям Крыма заключался в том, что в течение 1992-го года на территории Крыма были приняты две относительно разные версии Конституции полуострова. Умышленно или нет, но в 2014-ом году избирателям не разъяснили, какой из двух вариантов альтернативы аннексии, представленных на «референдуме», собственно, будет касаться их выбор. Их просто спросили: «Вы за восстановление действия Конституции Республики Крым 1992-го года и за статус Крыма как части Украины?».

Позволив России провести мундиаль, Запад расписался беспринципности и бессилии, – Портников

Однако осталось непонятным, о каком именно тексте конституции 1992-го года шла речь. О более «конфедеративной» версии конституции Крыма, принятой в мае 1992-го года, или о значительно измененном скорее «федеративном» варианте конституции, принятом в сентябре 1992-го года? В обоих случаях эти конституции определяют Крым как часть Украины. В майском варианте это указано в статье 9 фразой «входит в государство Украина». В существенно модифицированной сентябрьской версии это дополнительно указано в статье 1 словами «в составе Украины».

Если бы на «референдуме» большинство избрало второй вариант, то созданное РФ новое сателлитное правительство в Симферополе могло бы само выбирать между двумя разными версиями конституции Республики Крым 1992-го года. Ставленники Москвы, а не население Крыма, тогда смогли бы решить, какой именно текст основного закона Крыма им больше подходит. Возникает подозрение, что этот странный вопрос – вместо более обычной опции в таких голосованиях о простом сохранении статуса-кво – был целенаправленно нечетко сформулирован. Возможно, такая непонятная альтернатива поддержке аннексии должна была привести к увеличению вероятности выбора первого более понятного варианта – присоединения к РФ. Выбор, который стоял в марте 2014-го года перед жителями Крыма, в определенной степени был выбором не столько между Россией и Украиной, сколько между понятным и непонятным будущим.

Болельщиков из Украины в Москве не обнаружено. Цимбалюк о политике Кремля

Приведенная в этой колонке информация не является необычной, тайной или новой. Перечисленные факты и ряд других показательных аспектов знаменательных событий февраля-марта 2014-го года известны как в Украине, так и среди экспертов по Восточной Европе в европейских университетах и исследовательских центрах, а также среди соответствующих специалистов внутри правительств, политических и общественных организаций Запада. Тем не менее, многие западные наблюдатели, которые не стесняются озвучивать комментарий по поводу прошлого, аннексии и будущего Крыма, не знают, либо же игнорируют большинство приведенных фактов. Вместо этого, многие из них, по крайней мере, частично, следуют кремлевскому апологетичному нарративу: возможно, немного криво инициированный референдум все же привел к изменению границ, которого (якобы) подавляющее большинство крымчан страстно ожидало, и который исправил некую (мифическую) историческую несправедливость.

Андреас Умланд, «Новое Время»