Гуманитарная аура

Вехи истории: Как Москва Крыму дань платила

05 июня 2018

Отмечаемая недавно очередная годовщина депортации крымских татар напомнила нам о том, кто, собственно, татар депортировал, и давнюю традицию русско-крымского «добрососедства». Именно Российское государство впервые аннексировало Крым в 1783 г., еще до аннексии депортировало из Крыма христианское население, а после Крымской войны середины XIX века стало намекать и мусульманам, что пора бы и им избавить от себя Крымнаш.

Именно после франко-англо-турецкой осады Севастополя («города русской славы», в котором русские никого не побеждали, кроме немцев во Вторую мировую, до этого героически проиграв им оборону) возникла мысль, что «Крым – исконно русская земля». Мешали реализации этой идеи – как и во всех других случаях «исконно русских земель» – местные жители. Окраины Санкт-Петербурга (Ингерманландия или Ижора) – тоже были «исконно русскими». Мелочи, – пишет Кирилл Галушко на страницах «Деловой Столицы», – что там жили вепсы и ижорцы, а на месте будущей столицы Российской империи уже стоял шведский город Ниена, – душа у российских вождей была широкая, и они «всем, кому должны, прощали».

Но вот у нас 3 июня, а в этот день в 1571 г. было событие, которое умиленно вспоминают люди, знакомые с историей крымских татар: взятие Москвы ханом Девлет-Гиреем. Думаю, многим бы крымцам сегодня хотелось бы сказать: «Можем повторить!». Пока это невозможно, но фортуна переменчива. Однако в ожидании грядущих перемен всегда уместно повторить матчасть.

Вехи истории: Самый честный городской голова Российской империи – мэр Полтавы Абаза

Итак, обратимся ко временам Ивана Васильевича Грозного, который и по тем временам менял профессии. Например из великого князя провозглашен был царем в 1547 г. До этого для «Орды Залесской» «царями» были только Чингизиды, цари Золотой Орды (Улуса Джучи). Но в конце XV века Золотая Орда перестала быть реальностью, а последние ее остатки, которые могли претендовать на имперский статус, были в начале XVI века разгромлены Крымским ханством на «Киевских полях». Единственными настоящими, а не фальшивыми Чингизидами, остались крымские Гиреи, которые и сохранили за собой статус номинальных наследников всех предыдущих данников и вассалов Орды. После 1480 г. московским властителям удалось «перевести стрелки» внимания Гиреев на Литовскую Русь и Польшу. В 1482 г. Менгли Гирей сжигает Киев. Однако в середине следующего, XIV века, крымские ханы понимают, что их отвлекли не совсем туда, откуда исходит реальная угроза.

Венчание на царство Ивана IV. Лицевой свод XVI в.

В 1547-м Иван IV (на самом деле в качестве царя он не IV, а I, что логично, раз был первым царем, как и считалось официально до Карамзина) провозглашается «царем», что ясно указало на то, что Москва тоже считает себя наследником и правопреемником Орды, а как показало следующее десятилетие, еще и собирателем ордынских земель. В 1552-м московиты берут Казань, столицу Казанского ханства, в которой правила ветвь Гиреев. Крымцы идут походом до Тулы, но не могут отвлечь внимания Ивана от Волги. Статус Казанского «царя» уходит в прошлое, а все его вассалы автоматически становятся «ясачниками» царя Московского. В 1556-м падет союзная Крыму Астрахань, а бывшая столица улуса Джучи Сайрай-Бату будет разрушена. Акт, признаем, символический. Новая теперь была столица у Великого Улуса.

Крымского «Перекопского царя» перестают в Москве называть «царем». Теперь он «хан Перекопский». Дальше Москва продолжила прессинг, отбирая уже прикавказских вассалов Крыма и нападая с разных сторон на непосредственно крымские владения. Интересно, что в этом принимал участие и вольнонаемный Дмитро Байда-Вишневецкий со своими казаками. Впервые московиты вторгаются в Крым и берут крепость Гезлеве (исконно русскую Евпаторию).

Вехи истории: Соборная Украина. Провал планов русификации страны

Царь Иван предложил «дружественному соседу» польскому королю Сигизмунду II объединиться и окончательно добить Гиреев, но тот ясно чуял, к чему это все приведет. Царский титул Ивана не был признан Литвой и Польшей, поскольку их политики прекрасно понимали, что титул «царя всея Руси» дает «тонкий намек на толстые обстоятельства»: грядущее собирание Москвой еще обширного Киевского наследства. Коалиция не удалась, и Иван, до поры оставив Крым, устремляется к Балтике – против шведов и Ливонского ордена. В 1563-м был взят Полоцк, где московиты столкнулись с католиками и евреями. Перестали быть в Полоцке евреи и католики… Заодно Иван увлекается активным внутренним «репрессансом», начинает опричнину и громит Новгород, окончательно уничтожив местных сепаратистов.

Воспользовавшись передышкой, Крым собирает большое войско и в 1571-м начинается поход на Московию. Весной 1571-го Девлет-Гирей выступает. Летопись, преувеличивая его силы, называет цифру в 120 тыс. Основные силы Московского царства в тот момент были связаны Ливонской войной, поэтому «береговые воеводы» на Оке имели в своем распоряжении не более 6 тыс. ратников. Под Кромами крымская орда «перелезла» Оку и в обход Серпухова, где стоял с опричным войском Иван Грозный, устремилась к Москве.

Вехи истории: Галичина как центр украинской государственности

Татары зажгли московские посады и Земляной город, начались пожары в Кремле. В окруженные каменными стенами Кремль и Китай-город Девлет-Гирей так и не вошел: у него не было осадных орудий. Крымский посол рассказывал потом в Литве, что ханские люди убили в России 60 тыс. человек и еще столько же увели в полон. Историки (Александр Зимин, Руслан Скрынников) оценивают размер угнанного татарами «полона» примерно в 10 тыс. человек. Предполагалось осуществить крупный набег с целью грабежа и захвата пленных для последующей продажи в рабство. По мнению академика Роберта Виппера, крымский хан действовал по соглашению с Сигизмундом польским; об этом знали в Москве противники опричнины – сторонники польской интервенции (участники заговора Челяднина-Старицкого), которые все еще не перевелись, несмотря на казни предшествующих лет.

Правление Ивана Грозного. Немецкое изображение начала XVIII века.

Хан вышел к Москве одновременно с отступавшими воеводами и разграбил лагерь под Коломенским. 3 июня крымские отряды разорили незащищенные слободы и деревни вокруг Москвы, а затем подожгли предместья столицы. Благодаря сильному ветру огонь быстро распространился по городу. Гонимые пожаром горожане и беженцы бросились к северным воротам столицы. В воротах и узких улочках возникла давка, люди «в три ряда шли по головам один другого, и верхние давили тех, кто были под ними». Земское войско вместо того, чтобы дать бой татарам в поле или на окраинах города, стало уходить к центру Москвы и, смешавшись с беженцами, утратило порядок; воевода князь Бельский погиб во время пожара, задохнувшись в погребе своего дома. В течение трех часов Москва выгорела дотла. Пожар мешал татарам грабить в предместьях. Осаждать Кремль хан не решился и ушел с множеством пленных. На другой день татары и ногайцы пошли по рязанской дороге в степь.

Девлет Гирей писал Ивану: «Жгу и пустошу все из-за Казани и Астрахани, а всего света богатство применяю к праху, надеясь на величество божие. Я пришел на тебя, город твой сжег, хотел венца твоего и головы; но ты не пришел и против нас не стал, а еще хвалишься, что-де я московский государь! Были бы в тебе стыд и дородство, так ты б пришел против нас и стоял».

Бой московитов с крымскими татарами. Лицевой свод XVI в.

Ошеломленный разгромом Иван Грозный в ответном послании ответил, что согласен передать под крымский контроль Астрахань, но Казань вернуть Гиреям отказался:
«Ты в грамоте пишешь о войне, и если я об этом же стану писать, то к доброму делу не придем. Если ты сердишься за отказ к Казани и Астрахани, то мы Астрахань хотим тебе уступить, только теперь скоро этому делу статься нельзя: для него должны быть у нас твои послы, а гонцами такого великого дела сделать невозможно; до тех бы пор ты пожаловал, дал сроки и земли нашей не воевал»

К татарским послам Иван вышел в сермяге, сказав им: «Видишь-де меня, в чем я? Так-де меня царь (заметим: опять «царь». – Кирилл Галушко) сделал! Все-де мое царство выпленил и казну пожег, дати-де мне нечево царю».

Однако переломить растущую военную мощь Москвы тогда не удалось: вернулись полки из Прибалтики, и в следующем 1572-м в битве при Молодях Крым терпит поражение. Экспансию Москвы в деле собирания «наследства Орды» от Дона до Сибири уже некому было остановить. Дальнейшую историю мы уже знаем: Крым еще успеет взять дань с Петра I, но оставалось этому государству жить после того лишь 70 лет…

Кирилл Галушко, «Деловая Столица»