Зона "русского мира"

Заговор журналисток. Бойкотом в РФ ничего не изменишь

23 марта 2018

Страшнее господ из комиссии Госдумы по этике, где обсуждался заговор российских журналисток против депутата Слуцкого, были только дамы. Но и среди них сумела выделиться знаменитая наша чемпионка. У нее возник вопрос к Фариде Рустамовой, но это только так называлось — вопрос. На деле Ирина Роднина обвинила девушку в домогательствах по отношению к Леониду Эдуардовичу, причем в самом непристойном виде харассмента.

«Вы по коридору достаточно назойливо после встречи (Слуцкого с Ле Пен) буквально домогались информации», — уличила репортера Ирина Константиновна и далее подвела черту: «Вам не кажется, что ваше несколько назойливое поведение вызвало какую-то реакцию? Я была свидетелем здесь, на коридоре».

Свидетель на коридоре, фигуристка прояснила ситуацию окончательно. Открылось, что Рустамова раззадорила несчастного, который не мог не возбудиться, когда к нему столь беззастенчиво пристают. Впрочем, и без того было ясно, что при такой внешней политике, какую проводим, глава одноименного комитета ежеминутно должен проявлять агрессию и стремиться чего-нибудь захапать. Хорошо еще, что он яд корреспонденткам не подсыпает и не зовет охранников, чтобы они у него на глазах кого-нибудь изнасиловали. Подобно своему шефу, который вообще, говорят, предпочитает мальчиков, и чем больше, тем лучше. Но этот скандал только разгорается, и в эту бездну мы пока заглядывать поостережемся.

А по итогам разбирательств, в ходе которых советские женщины клеймили позором российских, случилось неизбежное: в ряде изданий объявлен бойкот Думе, в ответ Володин изгоняет из своей палаты бойкотирующих. То есть смотрящие за этикой вывели из себя журналистов, начальство пошло на принцип, и теперь надо понять, как это все оценивать и что дальше будет. Правильно ли поступили коллеги и чего следует ожидать в связи с демаршем Вячеслава Володина.

Преемник «бешенного принтера». Насильники с мандатами

Коллеги правы и неправы одновременно. Это ведь как с выборами: и ходить незачем, и все равно безошибочно заполненные бюллетени за тебя вбросят, и недоумевать по этому поводу будет одна лишь простодушная Элла Александровна. А больше никто не будет недоумевать.

Правы коллеги в том смысле, что проявили солидарность с Екатериной, Дарьей, Фаридой, которых лапал и устно оскорблял неистовый законодатель, и эта коллективная пощечина прозвучала очень звонко. Ну и с высшей властью полезно таким образом вступить в диалог. Да, мы учли, что вы тут еще как минимум на шесть лет, но слишком руки не распускайте, даже если это нравится большинству. Имеются и другие мнения, которые мы вам высказываем, демонстрируя на понятном примере, что скотство поощряется не всеми. Жесткий характер этой акции, бойкота нижней палаты, легко считывается и чистой символикой не исчерпывается. Володину и его прихлебателям по сути объявлена война, и факт ее объявления важнее любых конкретных действий. Ожидает их полный игнор или нет.

Однако полноценного бойкота не получится, что очевидно уже сегодня и снижает значимость совершенного поступка. Не секрет ведь, что Дума — это такой институт в современной России, который презирать легко, а не замечать практически невозможно. Потому что в обозримые сроки они еще напринимают таких законов, что и не захочешь, и плюнешь десять раз, и за голову схватишься, и судьбу свою журналистскую проклянешь, но — прокомментируешь, куда деваться. И Слуцкий, над которым нынче сгустились внутриведомственные тучи, еще не раз откроет рот и скажет что-нибудь весьма актуальное. Так что опять-таки, пусть и помимо воли, а придется его цитировать; впрочем, с полезным прибавлением, что это тот самый Слуцкий, о чем уже бойкотирующие договорились между собой, и правильно сделали. Да и в целом времена наступают до того зрелищные, что нужно либо уходить из профессии, либо комментировать как заведенный.

Всевластие чиновников. Они в праве насиловать россиян

Что же касается начальства, то ему, по всей видимости, пока неохота заниматься этическими головоломками. Можно даже предположить, что начальство недовольно Слуцким, который на пустом месте спровоцировал дикий скандал, которому не видно конца. Начальство тонко прозревает, что за хрупкими плечами заявительниц, обличающих депутата, прячутся враги, целящие в Россию, но с врагов что возьмешь, а темпераментный народный избранник зачем свою Родину выставил на позор?

Отдуваться же за него приходится весьма серьезным людям, которые прямо не знают что сказать. Пескова, например, четырежды спросили про этого озорника, и он четырежды, с возрастающим раздражением, посылал всех подальше. И хотя пресс-секретарь президента почти никогда не отвечает ни на какие вопросы и почти всегда всех посылает, на сей раз он пребывал в состоянии какого-то особенного, кромешного неведения. И о том, что он и, возможно, Владимир Путин думали в эти дни о ходоке-международнике, мы легко можем догадаться. Но от прямого чтения в сердцах и цитирования воздержимся, ибо там не все слова из детских книжек.

Оттого не исключено, что в конце концов Слуцкого попросят тихо уйти, как некогда Астахова, если помните такого. Но только очень не скоро, когда все пройдет, как все проходит — и скандал, и бойкот. И не потому его уберут, что приставал к интервьюершам, а по той причине, что заставил начальство, отвлекаясь от насущных проблем, погружаться в его этические проблемы. Грубо говоря, неразрешимые — достаточно перечитать еще раз стенограмму заседания комиссии по этике.

Там ведь не одной Родниной приходилось нести жуткую ахинею, выгораживая Слуцкого, хотя дамы, конечно, были вне конкуренции. И тупая злоба, их переполнявшая, столь ярко свидетельствовала о происходящем в Думе, в Кремле, в России, что постыдное решение комиссии значения уже не имело. Точнее, это единственно возможное решение великолепно гармонировало с происходящим у нас — и во внешней политике, и во внутренней. С той беспросветной реальностью, которую не перешибить ничем, остается разве что игнорировать. Но и бойкотом здесь ничего не изменишь.

Илья Мильштейн, «Грани.Ру»