Зона "русского мира"

Коллективный Путин: как электорат стал винтиками «вертикали»

19 марта 2018

Власти на этих выборах критически нужна была легитимизация ее действий внутри самой России. На выполнение этой задачи были задействованы все возможные ресурсы.

Если бы вы были российским избирателем, утром 18 марта вас разбудила бы машина с мегафонами, разъезжающая по району и призывающая «в исторический день присоединения Крыма к России сходить на выборы, чтобы сделать нашу жизнь лучше». В этом и других вопросах проведения российских президентских выборов разбирался на страницах «Фокуса» Ян Авсеюшкин.

Выйдя из подъезда, вы бы наткнулись на три листка: напоминание о проведении выборов, уже увиденное вами в лифте и почтовом ящике, схему прохода к выборному участку – вдруг кто-то забыл, как пройти к школе в соседнем дворе, и, наконец, объявление об открытии рынка семян для огородников, и тоже с напоминанием о выборах.

Нет у России другого пути, кроме вечной вертикали, – эксперт

Из стоящей на школьном крыльце колонки доносилось «Рассея, моя Рассея, от Волги и до Енисея» группы «Любэ», сменяемое хитами Земфиры. На звуки музыки тянулись пенсионеры с палочками, нечасто выходящие из дома, и женщины с детьми.

Пройдя сквозь пищащую рамку металлодетектора (ими сейчас оборудованы все публичные места в РФ), оказываешься на людном выборном участке. В коридоре идет бойкая торговля пирожками из школьного буфета, самые вкусные уже разобраны. Группа мамочек старательно изучает плакат с кандидатами, где кроме биографии перечислено их имущество.

«Смотри, квартира-то у Путина обычная, 77 квадратов. И гараж 18 метров», – удивляется одна. «Ага, такого, блин, как Путин. Его гараж почти как наша комната», – едко ответила ей вторая. Внизу плаката приклеена бумажка, что один из кандидатов подал неверные данные и скрыл часть своих счетов. В ней перечень швейцарских банков и сумма вкладов – всего 55 миллионов рублей(1 миллион долларов).

Приоритет целей: разработка самолетов-радаров для ВСУ

Порядок на участке охраняют полицейские и скучающий мужчина неопределенного возраста в красной жилетке с надписью «народные дружины». Председатель комиссии спорит в углу с наблюдателем – по его мнению, тот стоял слишком близко к урнам. «Вы нарушаете тайну голосования! Вот смотрите, отсюда я вижу, за кого у нее галочка стоит!» – размахивая руками, указывает председатель на пенсионерку, трясущимися руками опускающую бюллетень в урну.

«А вот, видите, у следующей уже галочка не видна» – не сдается наблюдатель. «Так она бюллетень сложила! Это ее право, складывать или нет! Отойдите и не мешайте!». Избиратели же на перепалку не обращают внимания, им все равно. Ничто и никто не помешает им совершить электоральный акт – призыв к бойкоту остался неуслышанным, явка на выборах составила почти 70%.

Для такого всплеска интереса к заведомо скучным выборам политтехнологи провели мощнейшую кампанию для привлечения электората. Кремлевский штаб использовал как проверенную квадратно-гнездовую пропаганду, так и новые выборные технологии. Подъезды были усыпаны грудами бумажек с напоминаниями, уведомлениями и оповещениями о выборах, соответствующие плакаты лепили на дверях, столбах и заборах.

Были ли в истории России 5 лет, когда б ее войска не находились на чужой территории?

О выборах сообщали билборды и общественный транспорт. На телефон неоднократно приходили СМСки от ЦИКа и компаний, никак не связанных с политикой, а телевизор и радио разрывало от обилия рекламы для аудиторий всех возрастов.

В соцсетях же кормили контентом на любой вкус. Школьники неумело читали рэп про ответственность за будущее страны, учителя декламировали стихи про вождя, а созданный профессиональными рекламщиками ролик вопрошал: «Кому же ты доверишь ядерный чемоданчик?» Сходить на выборы зазывали популярные ютуб-блогеры, а впервые проголосовавшие могли получить в обмен на голос билет на концерт Тимати.

Но за всем этим веселым шапито скрывалась ее важнейшая особенность. Имя главного кандидата, почти не уделявшего внимания предвыборной гонке, в потоке агитации не звучало вообще. А кандидаты-статисты не провели никакой внятной кампании – немногочисленные билборды с пустыми лозунгами и дебаты с драками и обливанием водой не являлись полноценным продвижением политика. Все свои усилия Кремль бросил на повышение явки.

Собчак предлагали огромные деньги за выдвижение на выборах, – Навальный

Высокий процент проголосовавших не нужен для поддержки лично Путина – если он захочет, можно сделать хоть 146% за. А вот системе власти, созданной им за последние годы, критически нужна легитимизация внутри самой России. Акт голосования в сложившихся условиях рассматривается как согласие гражданина жить в этой системе координат. Крым, санкции, новая холодная война с Западом, гробы из Сирии и Донбасса – теперь ответственность не только абстрактной власти, но и конкретного обывателя.

При этом личность наверху уже не так важна, потому что на всех уровнях вертикали правит «коллективный Путин». Все винтики государственной машины от самых мелких чиновников до теневых властителей стараются предугадывать желания президента и действовать так, как, по их мнению, поступил бы он. В такой ситуации говорящая голова наверху снижает свое значение и получает шанс удалиться на покой без развала всей системы. А созданные механизмы продолжат свое действие именем президента…

Теперь у россиян в ближайшие годы будет универсальное обоснование для всех своих действий – любая их глупость теперь будет вершиться Именем Его.

Ян Авсеюшкин, «Фокус»