Политика

Шойгу против Пригожина. Разборки на военной кухне

30 января 2018

Неформальный статус повара Путина оказывается значимее, чем формализованный министерский пост.

Где власть, там и большие деньги. Те, кто крутятся вокруг центра принятия властных решений, так или иначе борются за свой кусок бюджетного пирога. Разные противоборствующие группы находятся в конфликте между собой за право урвать побольше. В России эта ситуация сейчас наблюдается в непубличных столкновениях интересов между ресторатором Евгением Пригожиным и министром обороны Сергеем Шойгу – сражаются они за расположение Путина. История крайне любопытная и ее стоит рассмотреть внимательнее.

Пригожин покровительствует Дмитрию Уткину, известному всем как руководитель ЧВК Вагнера, отметившейся в боях за Пальмиру, а ранее отличившейся принудительным расформированием Оброн «Одесса» в «ЛНР». Пригожин родом из Санкт-Петербурга, прорвался к бюджетной кормушке по питерской квоте.

Шойгу достался Путину по наследству от Ельцина и олицетворяет собой такое печальное явление как несменяемость власти в России. Пригожин родом из Санкт-Петербурга, столицы интеллигентской России. Шойгу уроженец Тувы, пожалуй, самого антирусского региона Российской Федерации – даже в кавказских республиках аборигены относятся к русским лучше, чем тувинцы.

Окорочковый Бокасса. Вместо «русского мира» Кремль втюхал Донбассу африканскую деспотию

Представители двух совершенно разных Россий схлестнулись в битве за расположение Путина, подкрепленное соответствующими бюджетными ассигнованиями и государственными преференциями.

В чем же прелесть Сирии для обоих участников схватки? А в том, что очень трудно проконтролировать расходование там бюджетных средств. Фактически любая военная операция за пределами государственной границы является «черной дырой», где бесследно исчезают выделенные деньги. Все же знают, как осваивали бюджеты, выделенные на восстановление Чечни. На бумаге возводили дом, все сметы и необходимые документы были в порядке, а потом писали, что по этому домику выстрелили террористы из гранатомета и он полностью уничтожен. Соответственно проверить правдивость сметы уже не представляется возможным.

Так же и с Сирией – это клондайк, где разворовываются колоссальные суммы российских народных денег. И когда тема Сирии стала актуальной, то Пригожин решил потеснить министерство обороны и всунуть туда своего человека Уткина-Вагнера. Естественно, Шойгу резонно считал Сирию своей «дойной коровой» и он не захотел делиться с людьми Пригожина бюджетным молоком. В Сирии начались склоки между российскими кадровыми военными и наемниками Уткина. Стали происходить подставы. Воевали не за общую победу, а каждый за свой личный интерес. Когда россияне освободили Пальмиру, то и Пригожин и Шойгу отрапортовали об этом Путину, преподнеся это как достижение именно своих военизированных формирований. Вышла неувязка. У победы оказалось много отцов. Посещение Вагнером и его командой торжественного приема в Кремле тоже не прибавило радости Шойгу. Министерство обороны стало при первой же возможности вставлять палки в колеса вагнеровцам.

Смерть Сталина. Фильм, который не покажут в современной России

Еще один фронт противостояния Пригожина и Шойгу – тендеры министерства обороны. Шойгу считал министерство обороны своей вотчиной и полагал, что имеет право определять кому достанутся самые денежные подряды подконтрольного ему ведомства. Но компания «Конкорд», подконтрольная Пригожину, с благословения Путина стала выигрывать все больше тендеров министерства обороны. Причем ресторатор Пригожин стал выигрывать не только тендеры на поставку питания, но и на уборку объектов министерства обороны и даже возведения военных городков. Конечно, Шойгу встал на дыбы, ощущая, что его лишают неформального ресурса, отданного ему на кормление и личное обогащение.

Весьма любопытный казус с точки зрения российской политологии: питерский приближенный к Путину оказывается более политически влиятельным, чем номенклатурный политический тяжеловес, еще из команды Ельцина. Неформальный статус повара Путина оказывается значимее, чем формализованный министерский пост.

В российской политической культуре не принято выносить сор из избы. Все конфликты стараются решать кулуарно без вынесения на свет обывательской публике. Сам факт того, что информация о склоках между Пригожиным и Шойгу постоянно просачивается наружу, говорит о том, что между ними серьезное противостояние. На столь высоком уровне обычно все решается кабинетно в тихой спокойной обстановке.

Украина как антисоветский проект

Естественно, в этой ситуации есть верховный арбитр Путин. Судя по всем признакам, он пока занял выжидательную позицию и нейтрален к обеим конфликтующим сторонам. Но если Пригожин и Шойгу продолжат конфликтовать, то им наверняка дадут понять, что так вести себя не стоит. Пример Улюкаева ведь у всех перед глазами – сегодня ты во власти, а завтра на нарах. Неприкасаемы в России только питерские из ближайшего окружения Путина. Для всех остальных есть суровые российские законы и безумный Следственный комитет РФ.

На мой лично взгляд, у Шойгу шансы похуже, чем у Пригожина. Бывший глава российского МЧС уже всем изрядно поднадоел. Да и возраст у Шойгу вполне пенсионный, так что чуть что могут запросто выпроводить с государственной службы на отдых. Шойгу – это такая же Россия девяностых как и Лужков с Примаковым. Новизны в нем никакой. Да и как представитель нетитульной национальности на столь важном государственном посту он многим гражданам мозолит глаз.

Всеволод Непогодин, специально для «Гуляй Поля»