Политика

Будущая роль МИД России – Смоленская площадь переедет на Старую

27 января 2018

Какие перемены ожидают дипломатическое ведомство России в связи с «перевыборами» Путина. Какие перестановки ожидаются в МИД России.

Четвертый срок Путина станет временем окончательного превращения МИД в департамент администрации президента, считает Константин Эггерт. Об этом он дал комментарий специально для «Deutsche Welle».

В дипломатических гостиных Москвы вовсю обсуждают возможные перестановки в правительстве и администрации президента после «выборов Путина». Назначит ли президент нового премьер-министра (автор этой колонки уверен, что Дмитрий Медведев сохранит свой пост)? Уволят ли Дмитрия Рогозина и Владимира Мединского (весьма вероятно, при этом Дмитрий Олегович обязательно получит вполне приличную новую должность)? Наконец, произведет ли Путин перестановки в руководстве МИД?

По стопам Молотова и Громыко

С одной стороны, вроде бы ничто не мешает президенту оставить все как есть. Это было бы вполне в духе той «стабильности», которая в России давно превратилась в подобие брежневского застоя. С другой стороны, нынешнему помощнику Путина по внешнеполитическим вопросам Юрию Ушакову в марте исполнится семьдесят лет. Это по закону предельный возраст для чиновников высшего звена. По идее, в 2018 году Ушаков должен будет покинуть свой пост. Ведь президент любит в таких вопросах придерживаться буквы закона.

Также в марте 68 лет исполнится и Сергею Лаврову. Он стоит во главе МИД уже 14 лет – срок, сравнимый разве что с Молотовым и Громыко. Секретарю Совета безопасности Николаю Патрушеву в этом году будет 67 лет. В общем, те, кто отвечают за внешнюю политику и безопасность, неуклонно приближаются к уходу на пенсию в ближайшие годы. Формальное «возвращение» в Кремль на очередной срок дает Путину шанс показать, что он обновляет кадры и что никакого застоя нет.

Как сказал мне один из источников, знакомых с ситуацией и в администрации президента, и в МИД, потенциальный кандидат на должность министра должен отвечать двум требованиям: во-первых, беспрекословная лояльность и готовность к выполнению любых указаний; во-вторых, небольшой для чиновника категории А возраст – пятьдесят или чуть больше. В случае с МИД от кандидата требуется также разбираться во внешней политике и вопросах безопасности.

Крах путинской империи: Россия накануне новых санкций

Таких людей в кадровом резерве Кремля не так уж много: это глава администрации Антон Вайно, его заместитель, экс-премьер Сергей Кириенко, замглавы администрации и пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков (служивший раньше в МИД), а также заместитель министра иностранных дел 58-летний Сергей Рябков. Называют и нынешнего посла в Пекине, бывшего замглавы МИД Андрея Денисова, однако ему в этом году исполнится 66 лет.

О Рябкове все чаще говорят в коридорах Смоленской площади как о главном кандидате на министерский пост в случае перехода Сергея Лаврова, скажем, на место Юрия Ушакова (один из возможных вариантов, если Путин захочет что-то менять вообще). Судя по частым комментариям Сергея Алексеевича на различные темы в ставшей характерной для последних лет, мягко говоря, энергичной и наступательной стилистке Марии Захаровой, замминистра прекрасно отдает себе отчет в том, какие публичные качества нужны сегодня для успешного развития карьеры.

Закат на Смоленской площади

В случае если Путин решит сменить главу МИД, ему придется также учитывать консерватизм сотрудников министерства. На Смоленской площади не любят чужаков, отторгают любого, кто не прошел школу МГИМО и основные ступени карьерного роста внутри ведомства. Если посмотреть список чрезвычайных и полномочных послов, заместителей министра и руководителей ключевых департаментов, то выпускников других вузов (например, МГУ) среди них будет ничтожно мало. В этих условиях назначение одного из заместителей Лаврова выглядит наиболее логичным. Даже Дмитрий Песков после стольких лет работы в Кремле для дипломатов, особенно старших, не вполне свой.

Нынешний министр был серьезной фигурой еще при Борисе Ельцине. Он десять лет занимал пост постоянного представителя России при ООН, который был приравнен к должности замминистра. И хотя самые главные решения (по Украине, Сирии, НАТО, США) остаются в исключительном ведении Кремля, министерства обороны и спецслужб, некоторая свобода действий по относительно второстепенным вопросам у Лаврова и его сотрудников все же есть.

Капкан на медведя: кто лоббирует интересы России в ПАСЕ

Однако Сергей Викторович занял министерский кабинет в эпоху, которая сегодня выглядит столь же далекой, как времена Брежнева. Россия тогда не участвовала в войнах в Сирии и Украине, ее руководство и ведущие госкомпании не находились под санкциями. Никто не говорил о холодной войне-2.

Сегодня на Кремль надвигаются новые американские санкции. Вдобавок 2018 год, вероятно, станет годом публикации неминуемо катастрофического для репутации российского руководства доклада следственной группы, расследующей уничтожение малазийского авиалайнера в небе над Донбассом в июле 2014 года. В этих условиях ни о какой автономии МИД речи идти не может.

Поэтому, в каком-то смысле, персоналии перестали играть большую роль при новых назначениях в МИД. В сущности, любая внешнеполитическая должность в администрации президента сегодня не ниже – если не выше – уровня министра. Командование осажденной крепости Россия в ближайшие год-два завершит процесс превращения министерства в один из департаментов кремлевской администрации. Ключевая роль МИД – советовать президенту и участвовать в формировании внешнеполитического курса – фактически отыграна. Осталось написание справок и риторический отпор иностранным недругам.

Константин Эггерт, «Deutsche Welle»