Гуманитарная аура

Письма из оккупации: Не бросай нас, МТС или Черный четверг

17 января 2018

Из блокнота журналиста: Пятый день на территории ОРДЛО молчат мобильные телефоны украинского оператора «Vodafone» (МТС). Абоненты, что называется, замерли в ожидании: когда? Но, увы, в ответ – тишина.

В четверг, 11 января жителей ОРДЛО ждал весьма неприятный новогодний сюрприз: пропал сигнал украинского «сотового» оператора, который (единственный) поддерживал связь между близкими людьми с обеих сторон. Официальная версия – повреждение кабеля.

Но накануне Рождества абоненты получили сообщение от мобильного оператора, что: «С 9 января по 15 февраля тариф будет бесплатно изменен на «Смартфон»… Он будет действовать… кроме территорий, на которых органы государственной власти Украины временно не осуществляют свои полномочия».

Многие говорили тогда, что это просто фейковое сообщение, новогодний розыгрыш. Но, увы…

Если молчит телефон, земля, как говорится, слухами полнится. От соседа к соседу, от покупателя к продавцу, от отца к сыну… И вот что выясняется. Как говорят, сепарский оператор «Феникс», что принимает сигнал только на своей территории, работает на оборудовании, благополучно отжатом еще пару лет назад у «Киевстара». Но поскольку на такой связи дальше «Дыры» не уедешь, особой популярностью до недавнего времени он не пользовался. И еще, на материковую Украину с таких номеров не дозвониться. А если нужно в Россию, Абхазию, Молдову – заказ предварительный через почтовое отделение, оплата, и разговор как раньше на международном переговорном пункте. Такой вот отстой.

Вечером после «отключки» и утром следующего дня можно было наблюдать внушительные очереди и ажиотаж за покупкой пакетов местного оператора «Феникс». Это, конечно, не то, но на территории гетто эта связь работает.

Письма из оккупации: Квартирный вопрос. В ОРДЛО началась новая волна «отжима» квартир

Поэтому когда замолчал МТС, местные массово потянулись к пунктам продажи пакетов «Феникса». А там покупочка должна быть именной, т.е. паспорт с данными предъяви – пакетик получи, на контроль негласный за то, о чем и с кем по телефону болтаешь – попади… Тотальный надзор, одним словом. Помните «Мы связаны одной цепью…», мы повязаны…

Зато, как будто за свои (а не отжатые) услуги оккупанты отчитываются в местных СМИ: «Абоненты «Феникса» за год потратили 11 миллионов минут на звонки в Россию. Всего в 2017 году было совершено около 26 тысяч звонков на иностранные номера. Абоненты «Феникса» также звонили в США, что от общего времени составляет 15%. Также 9% занимают звонки в Казахстан, по 7% – в Абхазию и Южную Осетию и 6% – в западные страны».

Алло! А в ответ – тишина…

К слову, практику выдавливания украинских операторов сепары неплохо опробовали на территориях на линии разграничения (Докучаевск, окраины Горловки, Новоазовска и т.д.). Там люди без связи уже больше года. Они специально (до черного четверга) приезжали в глубинку (центр Донецка и севернее) чтобы позвонить родным и близким. Теперь остальная часть ОРДЛО будет специально пересекать КПП, чтобы услышать родные голоса на той стороне. Ведь там дети, внуки… Вот до чего дожили…

Но, самое горькое, что за всем этим стоят обычные меркантильные интересы представителей оккупационной власти. В частности, т.н. министра связи с «погоняловом» «Ташкент», что все это время, пользуясь служебным положением, брал неплохие откаты у МТС за возможность работать в ОРДЛО. С нового года его аппетит вырос, и размер барыша он увеличил. Это не понравилось. Завязался спор. И, возможно, еще договорятся… Народ замер в ожидании.

Письма из оккупации: О чем думают дети Донбасса

Интересно, что чем дольше оккупанты находятся у власти, тем больше растут их аппетиты по, так сказать, экспроприации экспроприаторов. Там помещения АТБ отжали, назвали их государственными, а точнее «Первым республиканским супермаркетом» с более дешевыми ценами, а на самом деле доход идет в карманы семьи Захарченко. Там на КПП свои проверки установили, а доход тоже идет власть придержащим. Тут шахтенку национализировали, там заводик или заводище… Кто из ватного населения посмеет считать доходы и барыши или вопрошать, куда они идут: в общий народный карман или свой, отдельный. Народ молчи и повинуйся. Теперь вот еще и без связи. Зачем она ему? Меньше знает, покорнее будет…

И все же, гораздо сложнее тем, кому, как воздух, нужна связь с близкими, что живут в мирной Украине. А это процентов 60 населения ОРДЛО. Ведь от войны убегали в первую очередь дети и внуки. Старики оставались присматривать за жильем, добром. Да и любимый диван, ванна и унитаз тоже много значат когда тебе еще не 90, но уже давно не 18…

Таких перебоев с мобильной связью в ОРДЛО не было давно, а точнее – с 2015 года. Тогда связь работала с перебоями и эти родные голоса «на том конце» были просто бальзамом на душу тем, кого разлучила война. В старом военном блокноте нашел выдержки из дневника жены давнего знакомого, что бережно сохраняла разговоры с любимыми внуками в памяти телефона, а потом переносила их в тетрадь, чтобы перечитывать, когда тоска по родным очень уж возьмет за горло.

Вот некоторые из них: «Дедуля, привет! Ты меня не забыл? Это я, твоя Маша. У тебя там что, еще война? – без остановки звенел в телефонной трубке, чуть картавя, нежный детский голосок, – Деда, ты помнишь, как мы с тобой ходили кататься на качелях? Они уцелели или их разбомбили? Помнишь, мы с тобой выучили песню «Пусть всегда будет солнце»? Я ее теперь здесь в Одессе в садике детям пою и всех научила. Я слушаюсь маму, пью молоко вечером и мою руки после прогулки. Я все помню, как ты меня учил. Ты мне пообещай, что как только на ваших дорогах не будут стрелять, ты сразу к нам приедешь, хорошо? Я очень тебя буду ждать»…

Письма из оккупации: Как устроено управление оккупированными районами Донбасса

«Дедуля, здравствуй! Это Маша. Ты меня узнал? Мне мама теперь всегда будет разрешать разговаривать с тобой по телефону. Я уже научилась плавать на море и сама умею одеваться и застегивать пуговки. Мне вчера будет пять лет. Мы купим большой торт и много конфет. Вы же с бабушкой приедете меня поздравлять? Я буду ждать, и весь-весь торт вам оставлю. Себе только маааленький кусочек возьму. Мне не надо подарков, вы только пообещайте, что приедете, а то я очень обижусь. А тем дяденькам, что у вас там стреляют и всех обижают, скажите, чтобы перестали. Ведь вы же к своей любимой внучке едете, и она вас там дожидается, в окошко смотрит. Они послушаются и вас пропустят и не убьют»…

«Папочка, мой родненький, здравствуй! Это твой мальчиш-кибальчиш Максимка. Папа, а ты зачем с бородой на фотке? А наш украинский флаг красивый и большой! Ты где такой взял? Пап, а ты мне дашь пострелять из автомата? А ты мне покажешь, как в танке там внутри и как пушка стреляет? Ты только маме не говори, я уже собрал рюкзак, даже твой компас и «морские» часы. Завтра пойду к тебе пешком на войну. Буду тебе помогать сражаться. Мы всех врагов победим и быстренько вернемся домой к маме, а она даже не заметит, что нас не было. Ты меня жди, я скоро приду тебе помогать»…

«Бабушка, ты почему ко мне так долго не приезжаешь? У меня уже косички отросли опять, и я завязываю хвостики. На улице гуляю и жду, что ты меня позовешь: Маша, Маша! А тебя нет, и ты меня не зовешь. Я поэтому плачу. Я соскучилась. Ты просто скажи там солдатам: «Меня Машенька ждет!», и приедь. Просто попроси их сильно-сильно, они сжалятся, им даже стыдно станет, и они тебя пропустят»…

«Бабушка, я придумала! Давай в наши игры будем играть по телефону. Доставай шахматы, раскладывай и ходи первая белыми. Теперь я. Нет, по телефону грустно играть. Я хочу тебя обнять и чтобы ты мне косички заплетала, а я теперь плакать не буду, когда расчесываешь. И кашу твою манную всю-всю съем, ты только прячься хорошенько от войны и скорей приезжай. Мы встретимся и улыбнемся друг другу. И забудем быстро, что долго не виделись». Потом шепотом: «Я тебя люблю сильно-сильно выше неба и выше облаков!»…

Письма из оккупации: Как живут люди в «ЛДНР»

«Господи! Низкий поклон тем, кто придумал мобильную связь и тем, кто ее поддерживает. Мы, жители Донбасса, чьи семьи война разбросала по всем концам земли, никогда не забудем этот ваш бесценный для нас подарок – возможность услышать любимые голоса»…

P.S. Автор этих отрывков из дневника – 70-летняя жительница Донецка Анна Петровна С. умерла в январе 2015 года от сердечного приступа после очередного артобстрела города…

Алекс Ветрович (Донбасс), специально для «Гуляй Поля»