Политика

Возможно ли Рождественское наступление?

20 декабря 2017

Рождественская война. Как далеко может зайти наступление «гибридов».

Продолжение боевиками массовых террористических обстрелов населенных пунктов на линии соприкосновения – так, вечером 19 декабря под очередной удар попало Луганское – ставит под сомнение возможность какого-либо продуктивного диалога с оккупационной администрацией, пишет на страницах «Деловой Столицы» Михаил Жирохов.

Мало того, вполне реальными становятся тщательно разгоняемые в ОРДЛО слухи о возможном наступлении «до границ Луганской и Донецкой областей».

Естественно, что сил для мощного наступления у «народных милиций» нет и быть не может – желающих воевать за идеалы «Новороссии» с каждым днем становится все меньше, а идейные постепенно стачиваются в горниле позиционной войны – каждый день приходят разрозненные сведения о погибших боевиках, которые имели опыт войны с лета 2014 г., а то и с банд Стрелкова-Гиркина в Славянске.

Укомплектованность «армейских бригад» на фронт составляет 50-60% и это ни для кого ни секрет – ни для нашей разведки, ни для населения оккупированных территорий. Единственно чего в достатке – так это завезенных по железной дороге боеприпасов советского производства, большинство из которых в России предназначалась для утилизации.

Чистка рядов после Плотницкого

Локальное обострение буквально на одном участке – вот реальные возможности обеих «армий», причем без захвата Мариуполя или Волновахи – это явно не «по зубам», а с целью контроля над каким-нить хутором в еще остающейся нейтральной зоне. Да и то – направлений для такого удара на всю протяженность фронта буквально два.

Светлодарская дуга. Схема расстановки сил, осень 2017 года.

И тут вовсю начинает влиять географический фактор, а именно наличие сразу двух водных преград – рек Кальмиус и Северский Донец. И хотя по глубине и ширине им далеко до Днепра, однако переправа тяжелой техники и более или менее значимых подразделений возможна только по мостам – большинство из которых взорвано летом 2014 г. Вариант форсирования реки даже не рассматривается ввиду слишком большого уровня потерь личного состава и техники как непосредственно во время переправы, так и на подходах – так как все возможные броды щедро заминированы с одной и с другой стороны, причем карт минных полей «в природе» не существует.

Поэтому можно говорить о том, что наступление боевиков возможно только в районе Троицкое–Луганское (на Светлодарской дуге) с возможным огневым контролем Луганской ТЭС и в районе Марьинка–Еленовка. Последнее направление постоянно находится в поле зрения российского командования и по всей видимости существуют какие-то реальные планы, основанные на печальном для боевиков попытки наступления на Марьинку в июне 2015 г.

Фронт в районе Еленовки. Схема расположения сил, осень 2017 года.

Варианты наступления на других направлениях – в том числе, например, под Мариуполем, вряд ли стоит рассматривать серьезно, так как нет никаких реальных оснований для возможности развития наступления.

Ведь нашими военными реально созданы три линии обороны и задачей противника станет их прорыв и выход на оперативный простор по крайней мере на трех направлениях – иначе общее наступление не имеет смысла и может быть легко купировано как подтягиванием резервов из второй и третьей линии, так и переброской подразделений с других направлений (благо размер театра боевых действий крайне ограниченный).

Кроме того, вполне очевидно, что возможного наступления боевики должны создать кроме ударных кулаков еще и перевес в силах и средствах как минимум в два раза, что на практике может означать увеличение группировки на оккупированных территориях в три (!) раза, что естественно, при нынешнем состоянии инфраструктуры в короткое время – задача почти не выполнимая.

Сепаратизм в России. Миф или реальность?

В случае, конечно, если под личиной «армии ЛДНР» будут выступать российские подразделения, сконцентрированные на нашей границе в Ростовской области и дальше, то такой сценарий вполне реален, хотя и связан с огромнейшими потерями, особенно на начальном этапе прорыва двух линий обороны. Ведь не секрет, что прифронтовые территории щедро заминированы, пристреляны и у Генштаба в запасе есть несколько планов развития ситуации, в том числе и контрнаступательного характера с объявлением военного положения и очередной волны мобилизации.

Михаил Жирохов, «Деловая Столица»