Концептуально

Энергетическая безопасность «Восточного партнерства» и реформы в Украине

05 декабря 2017

Против реформы энергетики Украины – российский агрессор и значительная часть владельцев энергетических активов страны.

Данная публикация Андрея Чубика является анализом того, что Украине удалось выполнить из задач, предусмотренных на 2017 год для стран «Восточного партнерства» общим рабочим документом «20 целей Восточного партнерства до 2020 г.«, Который был разработан Европейской комиссией в декабря 2016 года и обновленный в июне 2017 года.

Эти цели были предметом обсуждения саммита «Восточного партнерства», который состоялся в Брюсселе 24 ноября, и легли в основу Совместной декларации, принятой по итогам саммита. Данная статья анализирует 14 раздел общего рабочего документа, который касается энергоснабжения, а именно проводится сравнительный анализ изложенных в документе положений о сотрудничестве в энергетической отрасли с ожиданиями Украины и Общей декларацией по итогам Брюссельского саммита.

Во время саммита ЕС предложил странам–участницам программы «Восточное партнерство», в том числе, участие в создании энергетического союза – что было сразу подано украинской стороной как одно из весомых достижений в области евроинтеграции.

Однако в самом ЕС это только достаточно слабо очерчена стратегия, хотя и названа «четвертым энергетическим пакетом». А для Украины ее достижения будет связано не просто с подписанием очередного официального документа, а с необходимостью проведения реальной реформы энергетического сектора в соответствии с обязательствами по выполнению Соглашения об ассоциации совместными усилиями украинской власти и общества.

Против реформы – российский агрессор, а также значительная часть владельцев энергетических активов в Украине, которые оказывают значительное влияние на президента и премьер–министра.

К тому же предложение ЕС не подкреплена инструментами, которые помогли преодолеть последствия обострения ситуации безопасности в Европе, поэтому может рассматриваться только, как среднесрочная перспектива для улучшения секторального сотрудничества в условиях более или менее устойчивого уровня безопасности.

Однако уже в начале 2019 Украина окажется перед угрозой мощнейшего удара по собственной энергетической безопасности в связи с завершением действующих газовых контрактов с Россией.

Российско-китайский газовый тупик имени Путина

Наступит время для украинской власти сдавать экзамен за продолжение или имитацию реформы энергетического сектора, предполагает поиск ответов на целый комплекс вопросов в таких сферах, как газовая и нефтяная отрасли, нефтепереработка, электроэнергетика, поддержка энергоэффективности и доступных местных возобновляемых источников энергии.

В то же время не только для Украины, но и для ЕС это будет испытанием на стойкость, солидарность и решительность действий в сжатые временные рамки, который нельзя достич практикой «стресс–тестов».

Сила и слабость ЕС

Безопасность энергоснабжения определена одним из ключевых приоритетов, который призван не только способствовать сотрудничеству между странами–членами ЕС и странами–участницами «Восточного партнерства», но и расширить взаимодействие между последними.

ЕС ожидает существенный прогресс в энергетическом сотрудничестве со странами, которые одновременно являются членами Энергетического сообщества, а именно Украиной, Молдовой и Грузией. В то же время до 2020 года запланировано разработать методологию для определения ключевых приоритетных проектов соединительной инфраструктуры для участников «Восточного партнерства», которые не являются членами Энергетического сообщества.

При этом ЕС дифференцировано подходит к развитию сотрудничества с ассоциированными и неассоциированных партнерами по «Восточному партнерству» из–за инициативы EU4Energy – правопреемника программы INOGATE – с офисами соответственно в Секретариате Энергетического сообщества (Украина, Молдова, Грузия) и Энергетической хартии (Азербайджан, Армения, Беларусь) .

Согласно «20 ожидаемых достижений Восточного партнерства до 2020 г.», Для каждой из стран–участниц «Восточного партнерства» EU4Energy к конца 2017 года года должно разработать национальные рабочие планы, основанные на текущем уровне развития энергетического сектора каждого из партнеров; целях, согласованных в соответствующих двусторонних документах; индикаторах измерения прогресса и ориентировочных временных рамок выполнения обязательств, которые остаются на повестке дня.

Приветствуя в целом такие инициативы ЕС, необходимо отметить угрозу дальнейшего распыления усилий и формализации выполнения соответствующих задач, ведь даже в рамках ЕС реализация «проектов общего интереса» происходит с нарушением графиков и ощущается нехватка финансирования.

Наиболее уместным здесь было бы сосредоточиться на усилении взаимодействия всех партнеров с целью распространения единых правил функционирования в энергетическом секторе для всех сторон – в частности, для внешних поставщиков энергоресурсов (таких как РФ) и действовать по правилу солидарности в случае агрессивных действий против одного из партнеров. Однако именно в таких случаях ЕС показывает свою очень слабую готовность к решительным их действий против нарушителей из–за различий в позициях отдельных стран–членов, связанные с их национальными интересами.

Россия накануне «грандиозного шухера»

Фактически ЕС может стать удобной площадкой для обсуждения возможных форматов сотрудничества между участниками «Восточного партнерства», однако не сможет способствовать реализации более или менее амбициозных планов через неготовность обеспечения политической, финансовой поддержки и, особенно, безопасности.

Соответственно, в период до 2020 года можно ожидать только проведение ряда переговоров и согласования определенного формата проектов, которые будут представлять интерес для стран-участниц за пределами Энергетического сообщества, под председательством Европейской комиссии.

Несмотря на существенное обострение ситуации безопасности в Европе за агрессивной политики РФ, ЕС не трансформирует свою внешнюю политику в проактивную для усиления защиты в энергетической сфере.

Показательной является ситуация в газовой отрасли, где 19 января 2019 истекает срок действия существующих контрактов на поставку газа в Украину и транзит в страны–члены ЕС, Молдову, Балканы и Турцию. После этой даты можно с высокой вероятностью ожидать прекращения физической транспортировки газа в Украину и транзита через ее территорию, что приведет к реконфигурации газа в значительной части ЕС, Молдовы, Балкан и Турции.

Вместо проведения решительных переговоров с РФ с требованием уважать европейское энергетическое право и его применения в странах–участницах «Восточного партнерства», Европейская комиссия ищет возможности для узаконивания строительства «Северного потока II», допускается возможность участия российского «Газпрома» в обеспечении поставок для Трансадриатического газопровода и откладывает решение по антимонопольному расследованию Генерального директората по конкуренции за злоупотребления на газовых рынках Центральной и Восточной Европы.

Такой подход, как оценили эксперты проекта «Содействие развитию возможностей Украины обеспечить безопасность общества в условиях гибридных угроз», который реализуется при поддержке ЕС и Международного фонда «Возрождение» в рамках проекта «Общественная синергия», является сигналом успешности гибридной войны, которую проводит Россия не только против в Украины, но и против Европы в целом.

В тоже время Украина также не показывает примера заботы о собственной газовой безопасности, ведь начата реформа внутреннего рынка остановилась из–за распрей между правительством и руководителями НАК «Нафтогаз Украины». В свою очередь, парламент не поддержал законопроект о снижении ренты для новых скважин (№5132), а в работу добывающих компаний достаточно часто вмешиваются правоохранительные органы, мотивируя необходимостью проверки возможных нарушений.

Наноизоляция России

Даже в вопросе противодействия российским обходным проектам Украина не может продемонстрировать единство и скоординированность действий государственного, корпоративного и общественного секторов, существенно ослабляет «украинский голос» на международной арене.

Энергетически проекты под вопросом

В соответствии с перечнем проектов общего интереса для Энергетического сообщества и документа «20 целей Восточного партнерства до 2020 г.». предполагается следующее: будет функционировать газовое трубопроводное сообщение между Молдовой и Румынией (Яссы–Унгены–Кишинев); налажены поставки газа из Турции в ЕС через Южный газовый коридор; обеспечено электроэнергетическое сообщение между Грузией и Арменией.

Для Украины предусматривается сохранение поддержки реализации проекта нефтепровода Броды–Адамово и газового интерконнектора Польша–Украина.

Из целей документа и заключительной декларации Брюссельского саммита 2017 можно сделать вывод, что ЕС сохраняет готовность содействовать реализации проектов совместного интереса для стран–членов Энергетического сообщества. Однако при этом документы не отражают тот факт, что за последние годы кардинально изменилась политика безопасности и внутриполитическая ситуация в большинстве стран–участниц «Восточного партнерства» и даже в отдельных странах–членах ЕС.

Обострилось противостояние между Азербайджаном и Арменией, последняя вошла в Таможенный союз и передала практически все свои энергетические активы российским компаниям. Грузия продолжает испытывать политическое и военное давление со стороны РФ, продолжается ползучая оккупация территорий, включая зонами пролегания транснациональных сетей для транспортировки углеводородов. Украина стала объектом агрессии Кремля с постоянной угрозой полномасштабной войны.

В последние месяцы накануне саммита ухудшились отношения между Украиной и Беларусью, где, опять же, РФ демонстрирует свою фактическую власть над силовыми структурами этой страны.

Молдова переживает ренессанс пророссийских сил. Венгрия и Польша активизировали националистическую риторику, чем ухудшили отношения как с ЕС, так и с Украиной, угрожая блокировать сотрудничество с ЕС и НАТО. Учитывая все сказанное, не стоит ожидать существенного прогресса даже в реализации важного регионального проекта газового интерконнектор между Украиной и Польшей, тогда как сохранение в списке нефтепровода Броды–Адамово есть только статистической формальностью без перспектив реализации в ближайшие период.

Молдова и Румыния также не спешат реализовывать газопровод Унгены–Яссы в полном объеме до Кишинева, несмотря на сложную политическую ситуацию и низкую вероятность финансовой поддержки со ЕС. Грузия может ухудшить свою энергетическую безопасность в случае реализации проектов объединения энергетической системы с Арменией из–за влияния РФ на энергетику этой страны.

Путин достиг своей цели: Россию воспринимают как угрозу

Азербайджан и Грузия требуют значительно большего уровня гарантий безопасности от ЕС для успешной реализации проекта Южного газового коридора, включая экономический (предварительно сформирован и обнародован список санкций против РФ за нарушение) и военный (вооруженные миссии для физической охраны критической инфраструктуры) компоненты.

Что делать Украине?

Проанализированы документы и оценка общей ситуации безопасности в Европе дают основания говорить о необходимости Украине рассчитывать прежде всего на собственные силы. Украинская власть должна прекратить погоню за формальными достижениями евроинтеграции в виде очередного подписанного документа.

Поддержанная (в том числе Украиной) Брюссельская декларация четко подчеркивает необходимость активизации выполнения домашнего задания. Для Украины это будет один из экзаменов на выживание и дедлайн сдачи уже установлен на январь 2019 года.

Как же наши позиции на сегодня?

В газовой сфере есть как минимум две сильные команды – корпоративную во главе с руководством НАК «Нафтогаз Украины» и правительственную с премьер Регби–министром, по которому также стоит пропрезидентская коалиция в парламенте и собственно сам президент. Командам не хватает влиятельного посредника, который бы пользовался доверием обеих сторон и помог объединить преимущества этих команд для достижения внешнеполитических целей по защите от обходных российских газопроводов и продвижения реформы внутреннего газового ринку.

В сфере добычи и переработки нефти продолжает господствовать финансово–промышленная группа «Приват» правительство и парламент не смогли подготовить и принять законодательство для создания стратегического запаса нефти и нефтепродуктов; растет зависимость от импорта нефтепродуктов и сжиженного газа, формирует угрозу применения Россией мультифронтального удара на энергетическом фронте. Актуальным является принятие соответствующего законодательства и формирования стратегического государственного запаса не менее чем на 60 дней в условиях вероятности полной блокады импорту.

В сфере электроэнергетики сохраняется монопольное влияние нескольких финансово–промышленных групп, среди которых компания ДТЭК является наиболее явным бенефициаром от деятельности Национальной комиссии по регулированию энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКП) в части тарифообразования для тепловой энергетики, а также облэнерго, значительная часть которых также принадлежит владельцу ДТЭК – Ринату Ахметову.

О «русских либералах» в украинских медиа

Даже после принятия законов о национальном регуляторе и рынок электрической энергии, монополисты в сотрудничестве с представителями власти продолжают блокировать реформу электроэнергетики и сохранять контроль над работой НКРЭКП с целью получения высоких прибылей и минимизации операционных и инвестиционных затрат за перекладывание их на конечного пользователя.

Курс на энергоэффективность остается на уровне деклараций за неудовлетворительного финансирования, ручное управление и сохранение преференций для различных групп населения. Практично отсутствует процесс стимулирования привлечения местных властей к финансированию энергоэффективных проектов и инициатив, зато стремительно растет сумма государственных субсидий, демотивирует граждан заниматься сокращением энергопотребления, а также декларировать фактические доходи.

Учитывая современные вызовы, Украина должна выстраивать систему собственной энергетической безопасности, исходя из приоритетности национальных интересов и полагаясь максимально на собственные силы.

Правительство сформировать четкую вертикаль во главе с уполномоченным вице–премьером, а тот, в свою очередь, запустить и контролировать реализацию государственной программы по реформе энергетического сектора и подготовки государства к возможному жесткого противостояния с РФ в 2019 году в сфере энергетики.

Необходимо осознавать , что ЕС не готов и не имеет возможностей для предоставления более широких гарантий по безопасности странам–участницах «Восточного партнерства», поэтому при любой эскалации конфликта с РФ полагаться необходимо будет прежде всего на собственную устойчивость, а именно, на фор я достаточных запасов газа в хранилищах, рост добычи, операционную готовность газотранспортной системы к работе в специальном внутригосударственном режиме, создание стратегических запасов нефтепродуктов, и, что самое главное – скоординированную государственную и корпоративную политику и четкое взаимодействие между властью, бизнесом и гражданами.

Андрей Чубик, «Европейская Правда»