Гуманитарная аура

Как президент РФ атмосферу ненависти разрядил

01 ноября 2017

Темой последнего заседания Совета по правам человека при президенте РФ стала «атмосфера ненависти». Выступавшие указывали национальному лидеру на то, что в этой атмосфере жить и вообще дышать становится все трудней, и просили его как-то призвать к порядку тех, кто отравляет в России воздух.

Телешоуменов с их каждодневной холодной гражданской войной. Полисменов, прокуроров и судей с их под копирку написанными рапортами, обвинениями и приговорами протестующим гражданам. Религиозных мракобесов с их борьбой против «Матильды», поджогами и проклятиями по адресу нормальных людей.

Однако Владимир Владимирович отвечал впавшим в депрессию правозащитникам уклончиво, и могло показаться, что он глух их к мольбам. Особенно тем его недоброжелателям, которые утверждают, будто президент уже два десятилетия без малого собственноручно гнобит оппозицию при помощи своих телешоуменов, полисменов, прокуроров, судей и мракобесов. А СПЧ для того и держит, чтобы с тайным злорадством выслушивать жалобы придворных диссидентов.

Россия в идеологическом тупике

Разумеется, это было не так. Пока он их выспрашивал, выслушивал и высмеивал, в нем кипела сложная душевная работа. Не вполне соглашаясь с собеседниками, он хотел им помочь и даже подавал некие знаки. «Что касается атмосферы в целом, — сообщил он самому прилипчивому критику нынешних российских нравов, — думаю, что вы правы в том, что мы должны на это оказывать воздействие». И тут же Путин пообещал ему «подумать, где и как, при каких обстоятельствах» обратится к соотечественникам, c тем «чтобы этот призыв услышало как можно больше людей».

Слово свое он сдержал. Причем в тот же день, в ходе того же заседания, буквально не сходя с места. Покуда один из ораторов долго и путано объяснял ему, как работает и как не работает российская избирательная система, Владимир Владимирович мучительно думал об атмосфере ненависти и о способах ее преодоления. И додумался.

Правда, со стороны это выглядело так, словно глава государства забыл, где находится и нечетко воспринимает реальность. Он заговорил о каких-то «биологических материалах», которые для неведомых целей собирают по всей стране наши враги. «Вот вопрос: вот это зачем делают?» — осведомился Путин, но в притихшем зале никто ему не ответил. Да уже и пора было расходиться, унося с собой свежие впечатления, и хотя беседа еще по инерции текла некоторое время, присутствующие понимали, что главное сказано.

Вперед в прошлое

Краткая реплика президента произвела эффект разорвавшейся биологической бомбы.

Сторонники его поначалу впали в ступор и далеко не сразу пришли в себя. Но все-таки, очухавшись, стали искать и находить в его словах глубокий геополитический смысл. Великий санитар и депутат Онищенко требовал «создать… закон о биологической безопасности, закон о коллекциях микроорганизмов», дабы обезвредить бомбу. Обнаружилась фирма «Инвитро», занятая сбором биоматериалов, и там, впадая в панику, мамой клялись, что ничего из собранного за рубеж не вывозят. Заодно открылся первоисточник ценнейших сведений о вражеских происках — некий гражданин Никулин, единственный, как он себя позиционирует, «Рюрикович, рожденный в СССР, который занимается политикой в России последние 20 лет». Поделился информацией обычно ничего не знающий Песков: он заявил, что отходами россиян интересуются «некоторые эмиссары, представители НКО», а Путину про них поведала разведка.

Ученые люди и прочие смутьяны отреагировали иначе. Одни весело ужасались, другие ужасно веселились, а в целом настроения в этой среде можно было описать по-разному, вот только уныние в них отсутствовало. Преобладали куда более энергичные чувства. Азарт, насмешка, изумление — все что угодно, только не задавленность, порожденная пресловутой атмосферой ненависти.

Шизофрения. Россия не знает, куда она идет

Люди, можно сказать, расправили плечи. И все заняты собой, забыв друг о друге. Практически не пересекаясь. Затравленные лежат под столом, изнемогая от смеха. Лояльные сатанеют на глазах. Несогласные яростно нападают на Путина. Заранее согласные с ним во всем, чего ни скажет, яростно защищают.

Короче, поразив собравшихся подискутировать с ним о делах наших правозащитных скорбных, Владимир Владимирович одним махом разрядил обстановку. Атмосфера стала другой, и осталось лишь понять, какой она стала и что нам сулит накануне президентских выборов. Чем сегодня дышим.

Есть точка зрения, что ничего хорошего не сулит, поскольку у человека, владеющего чемоданчиком с ядерной кнопкой и обреченного на победу в будущем году, в голове понамешаны биологические субстанции. Зато он как никто умеет нас отвлекать и взбадривать, и осознание этого по-своему радостного факта склоняет к мыслям скорее оптимистичным. К мыслям о том, например, что не все напрасно в этом мире, хотя и грош ему цена… и далее по тексту. Вместе с ним, национальным лидером, мы постоянно замеряем уровни погружения в ту яму, откуда предстоит выбираться, а это знание чрезвычайно полезное. И тем легче будет завтра подъем, чем тяжелей нынешнее погружение. Ясно же, от чего следует отталкиваться.

Илья Мильштейн, «Грани.Ру»