Политика

Что будет с Европой

28 сентября 2017

Европейцы боятся беженцев, но для того, чтобы преодолеть кризис, им придется стать «гражданами мира».

Путешествуя по Германии, сложно не заметить признаки миграционного кризиса, начавшегося в 2015 году. Внезапно и практически не сговариваясь, почти миллионы отчаявшихся людей, в основном – сирийцы, бежавшие от кровавой бойни на своей родине, приезжали в Германию. И хотя Германия является европейской страной с самой жесткой бюрократической системой, даже она была перегружена потоком беженцев.

Ответом немецкого канцлера Ангелы Меркель на кризис стало предложение отменить все правила и открыть границы. Она так и сказала немецкому народу: «Мы можем это сделать». И Германия сделала это, потому что альтернативы на тот момент не было; и многие немцы гордятся своей страной. Но большинство граждан все-таки надеются, что такой кризис больше никогда не повторится.

И хотя многие немцы согласились с тем, что произошло два года назад, остались те, кто до сих пор чувствует себя преданными. Их ответом стали гнев, ксенофобия и национализм.  И эти чувства, несомненно, отразились на том, как немцы проголосовали на выборах.

Страсть к нацистам

Конечно, Германия – не единственная европейская страна, столкнувшаяся с кризисом мигрантов. В моей стране, Швеции, политическая партия, декларирующая желание изолировать государство от остального мира, скорее всего, получит поддержку на всеобщих выборах в следующем году. Во многих странах Центральной Европы, которые только недавно вернули себе суверенитет, беженцев также воспринимают как угрозу национальной идентичности.

Так или иначе, эти проблемы будут доминировать в европейской политике в предстоящие годы. Европа медленно пытается залечить травму, пережитую в 2015 году. Старый Свет, который когда-то экспортировал войну и беспорядки, теперь хочет защитить себя от проблем соседей.

Одним из уроков 2015 года является то, что Европейскому союзу стоит разработать гораздо более четкую внешнюю политику и политику безопасности. ЕС должен заменить высокопарную риторику конкретными действиями. Колючая проволока между Венгрией и Сербией не защитит Европу от последствий войны в Украине, протестов и терроризма. И это не поможет Европе справиться с демографическим сдвигом, который в настоящее время происходит в Африке, где в ближайшие десятилетие будет проживать 40% трудоспособного населения мира.

Еще один урок 2015 года состоит в том, что европейские страны должны пересмотреть свою национальную идентичность. Соединенные Штаты, Австралию и Канаду построили мигранты, и большинство из нас – потомки этих людей. Действительно, в этих странах осталось немного представителей «первых народов».

Как европейские выборы изменили политическую карту

Конечно, Европа отличается от Штатов. В Старом Свете племена сражались друг с другом на протяжении тысячелетий. И в течение последних двух столетий европейцы строили сильные национальные государства и национальные идентичности на основе своего сложного исторического опыта.

Конечно, ЕС был создан национальными государствами, граждане которых хотели преодолеть свое давнее наследие «междоусобных войн». И за полвека преуспели в этом. Но когда люди видят угрозу своей национальной идентичности, их «племенные» инстинкты вырываются наружу.

Чтобы Европа могла найти свое место в нашем быстро меняющемся мире, ее гражданам придется научиться принимать несколько своих идентичностей сразу: быть одновременно гордым шведом и гордым европейцем, быть в одном лице немцем и турком, и пользоваться преимуществом такой двойственности. Быть гражданином мира – это почетно.

Такой сдвиг в восприятии мог бы сделать Европу другой. Мы, наконец, смогли бы уйти от наших древних племенных конфликтов и страхов и принять новое цифровое будущее. Ангела Меркель сказала немцам, что они «могут это сделать». Посмотрим, получится ли это у Германии и остальной Европы.

Источник — Карл Бильдт, «Новое Время»