Гуманитарная аура

Крым как путинская Мекка

21 августа 2017

Заявление, которое Путин сделал в оккупированном Крыму, о превращении Севастополя в «русскую Мекку», является попыткой гальванизировать избирательную кампанию по выборам президента в 2018 году.

То, что Путин дал старт кампании с украинского полуострова, а дата выборов назначена на 18 марта 2018 года — день аннексии Крыма, чётко указывает, что это тема и будет магистральной во всей избирательной гонке. Добавим сюда резкое усиление и подсвечивание темы «Крымского моста», закрытие Керченского пролива. Кстати, упоминание именно Мекки, а не Иерусалима это такая фрейдовская оговорочка по-путински, учитывая быстро набирающие темпы исламизации РФ. Путин устал, его окружение также устало, рождение новых смыслов, возложенное на Суркова, который тоже явно устал и выработался, даёт такой странный результат. С момента Сочинской Олимпиады Россия не только ничего не достигла, а а потеряла разом почти все — перспективы, рост, остатки уважения, будущее. И единственное, что Путин пытается предъявить в качестве главного достижения третьего срока, это Крым. Но захват чужой святыни, попытки сделать его своим Иерусалимом явно попахивают ассоциациями со средневековыми Крестовыми походами.

Христианским королям удалось на время захватить Иерусалим, и даже понаставить там свои храмы, и даже заявить, что «Иерусалим — (Франция, Ломбардия, Англия, далее по списку) навсегда», но сделать его «своим» так и не удалось. И как все краденое, Иерусалим выскользнул из рук крестоносцев, несмотря на всю пафосную риторику. Ведь спорить с историей всегда бесполезно. Свято место, захваченное вопреки исторической логике, можно объявить русской Меккой или Иерусалимом, но он всегда останется Севастополем. Украинским Севастополем. Который рано или поздно снова будет «нашим». По-настоящему нашим.

Тарас Березовец.