Зона "русского мира"

Станет ли Татарстан для России новой Украиной

26 июня 2017

26 июня истекает срок действия федеративного договора между Россией и Татарстаном. Будет ли старый договор, заключенный на 10 лет в 2007 году, продлен в неизменном виде?

Могут ли Москва и Казань разделить полномочия по-новому, как это произошло тогда, и, если да, то кто разрабатывает новые проекты? Возможна ли ситуация, когда старый договор истек, а стороны не смогут договориться о заключении нового, и Татарстан де-юре окажется вне Российской Федерации?

Время татар

Незадолго до 26 июня Всетатарский общественный центр (ВТОЦ) опубликовал обращение к президенту России Владимиру Путину, в котором напомнил, что ни в Москве, ни в Казани не прозвучало пока заявлений о дате подписания нового договора или продления старого. Если же договор в том или ином виде не будет вовремя перезаключен, то отношения России и Татарстана повисают в неопределенности. Дальнейшего развития эта мысль в заявлении ВТОЦ благоразумно не получила. Но мы разовьем ее и сами.

Истекший договор означает, что Татарстан в течение всего времени, пока не заключен новый договор, является не субъектом Российской Федерации, а независимым государством, признанным в этом качестве Россией. Потому, что если это не так — то с кем Россия подписывала истекший договор?

https://politua.su/2017/06/26/22615/

Но Татарстан так интересно расположен с географической и с транспортно-логистической точек зрения, что его выпадение из состава Российской Федерации означает, по сути, конец этой федерации как единого целого. То есть, начиная с 26 июня, никакой России в ее нынешнем виде не существует. По крайней мере, до того момента, пока договор не будет перезаключен. И если Татарстан воспользуется своей независимостью, к примеру, для создания собственного Национального банка или МИДа или заключит от своего имени какие-либо международные договоры, не консультируясь с Москвой, или подаст заявку на вступление в ООН, то с любым таким шагом, безупречным с юридической точки зрения, при заключении нового договора придется считаться. Его нельзя будет произвольно отменить и придать забвению.

Эта ситуация неопределенности могла бы, конечно, возникнуть и по причине обычного российского разгильдяйства. Но такая версия выглядит маловероятной. О том, что договор истекает, ни в Москве, ни к Казани не забывали и на минуту. Правда, обе стороны высказывали по этому поводу совершенно разные пожелания. Но обе они определенно готовы сыграть ва-банк, немного раскачав ситуацию.

Татарстан ничего не забыл

За пару месяцев до окончания договора активисты ВТОЦ подняли подзабытый вопрос о введении единственного государственного языка — татарского. Доводы, как и сама ситуация, — стандартные: в русском языковом поле, несмотря на закрепленное в конституции формальное равноправие языков, татарский язык откровенно загибается. На бумаге-то двуязычие есть. А вот по факту повсеместно закрываются школы на татарском языке, упраздняется вузовское обучение на нем, отменяется синхронный перевод на заседаниях органов власти. Конечно, при нынешнем составе Государственного Совета (парламента) Татарстана такое предложение никогда не пройдет. Но идея была озвучена. А будучи озвучены, такие идеи начинают жить своей жизнью, и иной раз круто меняют реальность.

Надо сказать, что ВТОЦ достаточно часто выступает с идеями и мнениями, идущими вразрез с линией Кремля. То он вступается за крымских татар, притесняемых в отторгнутом от Украины Крыму. То напоминает о референдуме 1992 года, когда свыше 61% голосов было отдано за независимость Татарского государства, и только потом, с большим трудом, Татарстан кое-как водворили в РФ — причем, в республике есть немало людей, которые считают это прямым предательством верхов. Сколько таких людей? Да кто ж их считал. Референдума-то на эту щекотливую тему не проводилось…

При этом, официальная Казань ко всем заявлениям ВТОЦ формально никакого отношения не имеет. Более того, татарская номенклатура, формально лояльная Москве, не устает повторять, что позиция ВТОЦ никогда не получит в республике поддержку, достаточную для того, чтобы воплотиться во что-то реальное. И, тем не менее, такие точки зрения постоянно озвучиваются.

Надо сказать, что ВТОЦ вообще уникален. Возникший в далеком 1989 как «Народное движение в поддержку перестройки — Татарский общественный центр», он сохранился до нашего времени в почти неизменном виде — в то время как большинство Народных фронтов, выступавших факельщиками на похоронах СССР, давно уже мертвы. А ВТОЦ — жив и активен. И, что самое интересное, — никто в Татарстане его не трогает. Между тем, создать неугодной общественной организации невыносимые условия для существования власти республики могли бы с легкостью. Но вот, не создают. Значит, берегут. ВТОЦ им нужен — при том, что он властям явно не друг, а скорее совсем наоборот.

https://politua.su/2017/06/23/22609/

Так вот, по мнению ВТОЦ, Татарстан, оставаясь членом Федерации должен самостоятельно участвовать в международных отношениях, включая установление отношений с иностранными государствами, самостоятельно осуществлять внешнеэкономическую деятельность, иметь собственный, отдельный от России Национальный банк, самостоятельно решать вопросы владения и пользования землей, недрами, водными, лесными и другими природными ресурсами. Все налоговые сборы должны поступать только в бюджет Татарстана, а отчисления из него в федеральный бюджет происходить в виде фиксированного процента либо фиксированной суммы.

Между тем, в истекшем договоре 2007 года, подписанном президентом РФ Владимиром Путиным и тогдашним президентом Татарстана Минтимером Шаймиевым, полномочия Татарстана были существенно уменьшены по сравнению с тем, что позволялось татарам по договору 1994 года. И эта тенденция сохраняется сегодня

Федеральная удавка

Основным направлением федеральной политики Москвы всегда была унификация федерального законодательства и отказ от заключения отдельных федеральных договоров с субъектами федерации. «Создание единого правового поля», как это называют в Москве, наряду с размыванием и сужением круга вопросов, отданных на уровень субъектов федерации, с отсутствия института гражданства этих субъектов и с построением единой для всей РФ системы кадровой ротации — все это, вместе взятое, с железной последовательностью превращает российский федерализм в чистейшую имитацию. Чечня и Татарстан — последние субъекты РФ, с которыми заключены отдельные федеральные договора.

Чечня — отдельный разговор. А вот Татарстан уже не первый год пытаются дожать, задвинув его в общую шеренгу. Татарские же региональные кланы этому отчаянно сопротивляются. Правда, в отличие от Чечни, одержавшей победу в военном конфликте, в Казани избрали тактику тихого саботажа.

Татарский эквилибриум

На первый взгляд, в Татарстане все тихо, пристойно и по-кремлевски стабильно. Несменяемого аппаратчика, выращенного в инкубаторе КПСС, — Минтимера Шаймиева сменил столь же несменяемый аппаратчик Рустам Минниханов, тоже из КПСС — но позднейшей генерации, обкатанный на премьерстве и продвинутый из премьеров в президенты по знакомой схеме «Путин-Ельцин». При этом сам Шаймиев, разменявший девятый десяток, продолжает рулить республикой из тени, занимая почетный, но формально совершенно пустой пост «Государственного советника Татарстана». В самом Татарстане Шаймиев выстроил четкую клановую вертикаль, замкнув ее на себя лично. В глазах татарских патриотов-сторонников независимости он, конечно, предатель — но он же и защитник Татарстана от окончательного поглощения его Москвой, и по этой причине — наименьшее из возможных зол. В глазах Москвы татарская верхушка — сборище нагловатых региональных ханов, имеющих дерзость требовать для себя особых, по сравнению с другими федералами, привилегий. Например, Татарстан — единственный в России субъект федерации, где еще не отменен институт президентства. В нарушение общего федерального закона — однако в полном соответствии с договором 2007 года.

https://politua.su/2017/06/23/22602/

Но в то же время эти ханы — наименьшее зло для Москвы — во всяком случае, по сравнению с татарским национально-освободительным движением. Шаймиеву — а именно он, несмотря на возраст, остается главным «татарстанообразующим» стержнем всего татарского проекта, остается лишь умело балансировать между двумя силами, поддерживая до некоторой степени ВТОЦ и канализируя недовольство граждан собственной татарской властью в недовольство Москвой. Эта езда по канату на велосипеде удается ему уже почти 30 лет, и он достиг в ней высокого искусства. Это, надо сказать, весьма доходное занятие. Семья Шаймиевых контролирует не менее 70% татарстанской экономики.

Есть только одна проблема, которая помешает этому празднику жизни длиться вечно. Шаймиеву 80 лет.

Что будет завтра…и послезавтра

Ближайшие события легко поддаются прогнозированию. Создав обоюдоострую ситуацию неопределенности, условные «Москва» и «Казань» усилят тем самым давление друг на друга и интенсифицируют торг вокруг нового договора. Пожелания «Москвы» достаточно очевидны: уравнять Татарстан с другими субъектами федерации, не заключая и не перезаключая с ним никаких отдельных договоров. Пожелания «Казани» столь же очевидны: оставить все как есть. Просматривающийся компромисс — перезаключение договора в урезанном виде — еще не выведенном в ноль окончательно, но еще на шаг приближенном к нулю. На век Шаймиева этой «длины» татарской независимости, которую можно урезать по кусочку раз в десять лет безусловно хватит.

А вот когда Шаймиев умрет… Когда он умрет, пирамида кланов распадется и начнет грызню за его наследство. К этой грызне немедленно подключится и Москва, стремясь урвать свою долю. И тогда ВТОЦ может выйти из тени, мгновенно превратившись в радикальную национально-освободительную партию, выступающую за отделение от Москвы — либо, как минимум, за существенное расширение полномочий Татарстана в рамках перезаключенного федерального договора. Что, в свою очередь, вполне может послужить детонатором общего распада России. Точно так же, как стремление Украины к независимости запустило некогда механизмы распада СССР.

Словом, будет интересно.

Сергей Ильченко, dsnews.ua.