Концептуально

Сепаратизм или коллаборационизм?

02 июля 2016

Почему не нужно называть коллаборационистов сепаратистами.

Коллаборационизм или сепаратизм: терминология имеет значение. В условиях гибридной войны очень важно не запутаться в терминологии. Возьмём, к примеру, «сепаратизм».

Сторонников «ДНР» и «ЛНР» повсеместно называют «сепаратистами», а слово «сепар» стало общеупотребительным.

Но этот термин весьма неоднозначный. Потому что позволяет отождествить «ополченцев» «Л/ДНР» и, например, басков и курдов.

Однако ни баски, ни курды не пытаются присоединиться к другому государству. Они хотят своё собственное суверенное государство. Я не говорю, что они большие молодцы, просто невозможно сравнивать курдов – многомиллионный народ со своей культурой, историей и языком – с «народом ДНР». Нарисовать на коленке флаг и герб легко. Во время ВМВ у Вишистской Франции тоже был свой герб, например. Ну и что?

Что вы говорите? Самоуправление? «Локотское окружное самоуправление» было официально признано немецкими властями 15 ноября 1941 года. И что, кто-то называет «Русскую освободительную народную армию (РОНА)» сепаратистами?

Может быть, Отто Куусинен, объявленный большевиками после нападения СССР на Финляндию «главой правительства и министром иностранных дел» «Финляндской Демократической Республики» и который от имени «ФДР» 2 декабря 1939 года подписал «Договор о взаимопомощи и дружбе» с Советским Союзом, был сепаратистом?

Аксёнов и Константинов не сепаратисты. Они коллаборационисты. Просто Россия, как и СССР до неё, любит манипулировать термином «самоопределение народа» и подменяет коллаборационизм сепаратизмом. Понятно, зачем это нужно Кремлю: «ихтамнет», это «народ» «самоопределился».

Просто ситуация сложилась таким образом, что России выгодно не принимать в свой состав «Л/ДНР», в отличие от Крыма. Но всё управление и снабжение, включая деньги, оружие, боеприпасы, технику и живую силу осуществляется россиянами.

Украина не контролирует свою границу с РФ на значительном протяжении – какой это сепаратизм? Это самый настоящий коллаборационизм на оккупированной территории. Поэтому Захарченко и Плотницкий не сепаратисты. Они тоже коллаборационисты.

Почему это так важно? Потому что диалог с реальными сепаратистами, на чём так настаивает Москва, теоретически возможен. Диалог возможен с самостоятельной стороной. А с коллаборационистами говорить не о чем. Просто потому, что коллаборационисты ничего серьёзного сами не решают, если не считать распределение картошки между министерствами и организацию параолимпийских игр между «ДНР» и «ЛНР».

Обратите внимание: российские политтехнологи неспроста называют Украину «марионеткой Запада». А особо упоротые даже до сих пор бубнят что-то о «временно оккупированной территории Украины». Захарченко может всерьёз ляпнуть про «оккупированный Мариуполь», например. Укры оккупировали свой собственный город 🙂

Это зеркальная попытка понизить статус Украины до уровня коллаборационистов, пусть и для внутриватного употребления.

Если понять эту логику и прекратить называть «лугандонцев» сепаратистами, это многое упростит.

Возьмём, к примеру, тему «ихтамнетов»: все понимают разницу между кадровыми российскими войсками, которые, безусловно, принимали участие в войне, и «ополченцами».

Понятно, что РФ применяет регулярные войска точечно – например, под Иловайском. Или в случае использования «БУКов» летом 2014 – «шахтёрам и трактористам» никто такую технику в мозолистые руки не передаст.

В относительно тихое время держать кадровые воинские части на оккупированной территории Донбасса совершенно не обязательно – достаточно использовать «ополчение», включая российских «добровольцев», а регулярная армия будет прикрывать и «заниматься учениями» на границе. Именно угроза вмешательства ВС РФ сдерживает ВСУ на данный момент.

Если принять тот факт, что мы имеем дело с коллаборационистами, то доля россиян в «армии Новороссии» не имеет особого значения. Потому что мы имеем дело с коллаборационистами. Не надо повышать их статус до «военнослужащих ВС РФ». Кроме всего прочего, мы выставляем себя на посмешище, когда называем группу пленных донбассян разного возраста «военнослужащими ВС РФ».

Мнение самих россиян не имеет значения, но мы позволяем российской пропаганде легко разоблачать подобные новости, а все видят, что мы опять фантазируем. И происходит это только потому, что у нас нет чёткого подхода в отношении противника и мы панически боимся признать относительно заметное участие граждан Украины в антиукраинском движении.

Не нужно этого бояться. В РОА у Власова воевало больше сотни тысяч человек. И что, разве кто-то назовёт ВМВ «гражданской войной»? Нет, конечно. Да, не все боевики являются кадровыми военнослужащими РФ, однако это ничего не меняет по сути.

Подытожим. Смена дискурса с «сепаратистов» на «коллаборационистов» развязывает нам руки: во-первых, это исключает «прямой диалог с Донбассом»; во-вторых, не нужно делать вид, будто мы воюем исключительно с российскими гражданами.

ВАДИМ ФУЛЬМАХТ, Петр и Мазепа