Обзоры

В Польше взялись за агентуру СВР РФ

10 июня 2016

Бывшего депутата «Самообороны» Пискорского (Mateusz Piskorski), выступающего сейчас руководителем прокремлевской партии «Смена», задержали на прошлой неделе. В пятницу суд после длившегося больше шести часов заседания продлил его арест на три месяца. Слушание проводилось в закрытом режиме, официально известно лишь то, что Пискорскому выдвинули обвинение в шпионаже.

Арест Пискорского оживленно комментируют польские СМИ. Москва, тем временем, быстро зачищает цепочки связных, работавших с Пискорским, пытаясь представить его в глазах польского правосудия не агентом, вполне сознательно действовавшим в Польше много лет, а всего лишь «полезным идиотом», которого использовали втемную. Именно такую линию защиты уже избрали Пискорский и его адвокаты. Как стало известно ГП из собственных источников в Польше, Марина  Кочеткова (Клебанович),  жена Президента Фонда «Народная дипломатия» Алексея Кочеткова, курировавшего Пискорского с момента его вербовки, а, возможно, также и завербовавшего его, была спешно вывезена к границе с Беларусью в машине российского посла. Постоянно проживавшая в Варшаве Марина осуществляла оперативную связь российских структур с Пискорским, и, вероятно, также и с другими российскими агентами. Её арест мог дать польским спецслужбам ценную информацию — и российское посольство сыграло на опережение.

Марина Кочеткова-Клебанович (слева), по данным СМИ, является автором и вдохновителем всех проектов своего мужа - директора CIS EMO Алексея Кочеткова (справа)

Комментируя арест Пискорского Петр Сквечиньский (Piotr Skwieciński) из wPolityce пишет, что акция польских спецслужб против самого Пискорского и  возглавляемой им партии «Смена» в целом будет иметь два важных последствия.

Во-первых, хотя «Смена» была на самом деле маргинальной и маловлиятельной группой, она, несомненно, играла роль силы, управляемой из Кремля. В такой ситуации пассивность государства, пребывающего в состоянии конфликта с Москвой, воспринимается исключительно как проявление слабости и неуверенности. Такова психология российских функционеров. Жесткие действия со стороны Польши меняют эту картину.

Во-вторых, этот шаг заметят и оценят все те силы и страны, которые испытывают угрозу со стороны России. Он укрепит роль Польши в этой группе. К сожалению, пишет Сквечиньский, есть основания опасаться, что россияне предпримут неофициальные ответные действия. Например, арестуют как «польского шпиона»какого-либо деятеля культуры, который просто издает польские книги или показывает польские фильмы. Или  сотрудника «Мемориала», проявившего себя на фронте борьбы с катынской ложью. Но польские власти были вынуждены поступить так, как они поступили. Таковы жестокие правила этой игры.

В чём обвиняют Пискорского

В противовес версии защиты, пытающейся представить Пискорского жертвой обмана и манипуляций, а также искренним защитником собственных убеждений, хотя и идущих вразрез с позицией польских властей и большей части польского общества, но, тем не менее, искренних и бескорыстных, прокуратура и Агентство внутренней безопасности утверждают, что речь идет именно о шпионаже. По версии обвинения, начиная с 2013 года и по май 2016 года Пискорский участвовал в «направленной против интересов Польской республики деятельности российской разведки: в оперативных встречах с контактными лицами разведывательных служб, в ходе которых за вознаграждение в виде финансовых средств принимал оперативные задания, которые состояли в продвижении российских интересов и манипуляции настроениями польского общества».

В рамках этого сотрудничества, Пискорский создал политическую партию, и аффилированные с ней организации, которые финансировала и использовала в своих интересах Российская Федерация. Их также задействовали в рамках «оперативных заданий, нацеленных на провоцирование антиукраинских реакций в Польше и обострение польско-украинских отношений».

По сведениям прокуратуры, Пискорский неоднократно встречался с представителями российских неправительственных организаций, а на самом деле — контактными лицами разведывательных служб, о чем польскому политику было известно. В ходе встреч он получал «оперативные задания по продвижению тезисов, соответствующих российским интересам, в рамках информационной войны, которую ведет Российская Федерация». За это Пискорскому полагалось вознаграждение.

Также прокуратура обвиняет Пискорского в том, что в марте 2014 года он принимал участие в международной миссии наблюдателей под вывеской Европейского института мониторинга демократии и проведения выборов, чтобы представить общественности прошедший в Крыму референдум так, как хотелось российским властям. Следователи полагают, что российские спецслужбы контролировали и финансировали как партию «Смена», так и связанные с ней организации, занимающиеся темой исторических польских земель и Украины, а также использовали их для выполнения оперативных заданий. В феврале 2015 года Пискорский организовал поездку членов «Смены» в Украину. Он руководил провокацией, в ходе которой активисты его партии осквернили памятник Бандере, написав на нем антиукраинские лозунги, чтобы навести на мысль, будто за актом вандализма стоят живущие в Украине поляки.

Вынося решение об аресте Пискорского, варшавский суд основывался также и на секретных материалах, которые указывают на «большую степень вероятности того, что подозреваемый совершил инкриминируемое ему преступление». Как полагает прокуратура, политик собирался бежать из страны.

Члены «Смены» ещё находящиеся на свободе интенсивно дают интервью, в которых заявляют, что Пискорский пал жертвой политических репрессий, поскольку открыто выступал против присутствия НАТО в Польше. «Идея создать партию пришла мне, я уговорил Матеуша это сделать, значит, я действовал от имени России? — заявил один из  активистов «Смены» Томаш Янковский. — То, что наша деятельность, нравилась кому-то в России или Китае, не означает, что мы шпионы. Мы — политическая партия, а это называется преследование за взгляды».

Об источниках финансирования «Смены» эти жертвы собственных убеждений предпочитают умалчивать.

СЕРГЕЙ ИЛЬЧЕНКО, специально для ГП, по материалам польских СМИ и собственных источников в Варшаве.