Политика

Как обменивали Надежду Савченко. Подробности

26 мая 2016

Об этом вице-спикер Верховной Рады Украины Ирина Геращенко написала в «Фейсбуке», сообщает charter97.org.13227177_1012937495460730_1130119534912446750_n

Этому Дню предшествовали десятки совещаний у президента, сотни изнурительных международных встреч, где повторялось одно имя — Надя, тяжелые разговоры с мамой Марией Ивановной о судьбе ее дочери, усилия украинских дипломатов и политиков, усилия ее семьи — мамы и сестры, тысячи акций поддержки Нади от всех людей доброй воли во всем мире, минские переговоры, где оппоненты шалели от одного упоминания о Савченко. Не было ни одной международной встречи президента и министра иностранных дел, где бы ни говорили о политзаключенной номер 1 в России — Надежде Савченко. Где бы не требовали ее освободить.

Эта операция готовилась несколько месяцев. Мы ждали от РФ ответа о процедуре передачи Нади. Больше всего мы боялись всевозможных комментаторов — всезнаек всех мастей и фасонов, которые слышали звон, не знали, где он, но бежали на все эфиры рассказывать… И вторая сторона брала паузу… Даже сегодня, когда информация об освобождении Нади преждевременно просочилась в российские СМИ и ее подхватили украинские — мы очень переживали, чтобы операция не сорвалась.13237718_1012937278794085_1098225893907148051_n

Для нас с Праздником сегодня был почти детективный день. 6:30 — самолет. Президентский борт вылетает за Надеждой. Ростов. Мы не имеем права сходить с трапа. Операцией по поручению президента руководит глава СБУ. Согласно договоренностям, Надежда должна зайти в самолет в ту минуту, когда российский самолет, который в это время приземлился в Киеве, примет на свой борт двух российских убийц-ГРУшников.13263838_1012937465460733_28239053993229250_n

…Час ожидания. Начинается движение двух машин без номеров. Там — спецназ, ФСБ и где-то там, за темными окнами, Надежда… Ждем ее выхода.13232977_1012937565460723_3533839180673358492_n

Вдруг у нас со Святом (Святослав Цеголко, пресс-секретарь Петра Порошенко. — Ред.) начинают обрываться телефоны: в российских СМИ запустили информацию о самолете, освобождении и т.д. Все задерживается. Мы нервничаем. Смотрим из открытых дверей самолета в глаза тем, кто в машине.

Все! Пошло движение! Она выходит в окружении десяти мужчин в форме. Она смотрит на небо и жадно хватает воздух. Она поднимается на борт и кричит: «Слава Украине!» Ну, и еще кое-что, но пусть это останется за кадром…): Дарим ей букет в патриотических цветах. «Я не люблю цветы!» — отрезает Надежда (слышите, дорогие коллеги, советую вам Надежде цветы не дарить). Кладет букет рядом: «Это маме отдам», — говорит. Наконец мы обнимаемся. Она — как натянутая струна, еще не верит в то, что происходит, рассказывает, что 5 часов сидела в том автобусе без номеров, ожидая движения домой, в Украину. Она, видимо, иначе представляла себе эти первые эмоциональные минуты.13237813_1012937452127401_539484999921515316_n

Между тем нашему борту пока не дают вылет. Надя сбрасывает зимние сапоги, психологически отходит — отогревается, показывает нам свой нехитрый скарб, который везет в Украину: изделия из бумаги, которые конструировала-собирала, чтобы занять себя в камере. И подарок маме на день рождения: тарелочку, которую сама склеила, и тогда, в марте, не могла отдать сама.13244773_1012937328794080_5287472057157358896_n

И еще — два огромных пакета с письмами. Это только те, что получила в этом месяце!

Она мчится в кабину пилотов и наконец улыбается. Честно, широко и счастливо. Она уже не еж. Только в кабине она почувствовала, что все происходящее — это правда.

У нас, если честно, тоже послестрессовое состояние: — ведь переволновались, потому что знаем, как тяжело боролись многие за освобождение Надежды и как все было шатко и неопределенно.13260020_1012937438794069_6560890458881577631_n

Надежда говорит те слова, которые хочет сказать всем, кто ее поддерживал. Потом снова резко поднимается из кресла и мчится в кабину пилотов:

— Я должна увидеть пересечение границы! О! Украина! Харьков! Полетели в Чугуев! — смеется она.

Два часа дороги мы говорим о главном: освобождении всех остальных. Надежда жадно расспрашивает о других заложниках: сколько их еще остается в РФ и сколько в ОРДЛО, как продвигаются переговоры по их освобождению.

Рассказываем о том, что в ближайшее время ожидаем положительных новостей о Геннадии Афанасьеве и Юрии Салашенко, и поэтому так переживали, чтобы сегодня все произошло. Надежда очень хочет, чтобы ее голос услышал весь мир и чтобы этот голос помог освободить нам всех наших пленных. Верю, так и будет.

Наконец Украина. Мама и сестра смогли обнять Надежду.

А мы — работаем дальше. Должны освободить всех.