Гуманитарная аура

Автор памятки по Крыму: Люди не понимают пагубных последствий присоединения полуострова

09 июля 2015

Не все в России сошли с ума на украинской теме. Есть честные и смелые люди, которые пытаются противостоять массовому антиукраинскому психозу и мракобесию.

По большому счету, они  ведут борьбу с ветряными мельницами,  подвергаются постоянным нападкам со стороны агрессивных сограждан и специальных служб РФ. Но они упорно пытаются вернуть в российскую жизнь закон, здравый смысл и совесть.

Руководитель Общества защиты прав потребителей (ОЗПП) Михаил Аншаков решил подвергнуть сомнению самое главное российское достижение последнего времени —  аннексию Крыма.

Со стороны это кажется безрассудством, граничащим с безумием:  Михаил Аншаков  подал жалобу в Конституционный суд Российской Федерации с требованием признать присоединение Крыма к России незаконным.

Напомним, что  еще 18 марта 2014 года  Владимир Путин направил в Конституционный суд запрос о проверке на соответствие Конституции РФ Договора о принятии Крыма и Севастополя в состав России. Уже на следующий день было дано положительное заключение, а документ внесен на ратификацию в Госдуму.

Несколько известных российских юристов назвали тогда вердикт КС неправомерным.

В небольшом подвальном помещении в центре Москвы уже несколько лет работает группа отважных юристов, которые защищают потребительские права простого человека. Их считают иностранными агентами, и даже сам президент РФ Путин заявил, что  деятельность Общества финансируется из-за границы.

Но это абсолютная чушь, потому что  за все годы существования Михаил Аншаков с коллегами не получил ни доллара из США, ни рубля в России от какого-либо фонда. ОЗПП живет за счет помощи обманутым покупателям квартир, машин и прочих благ, чьи права они защищают в российских судах.

Деньги это не огромные, Михаил Аншаков не похож на лоснящегося благополучием адвоката, но юристы Общества не жалуются.

Но кроме выяснения отношений с недобросовестными продавцами всего и вся  юристы ОЗПП защищают россиян и от недобросовестных политиков и чиновников.

Когда в России началась травля неправительственных организаций и развешивание ярлыков «иностранные агенты», Общество добровольно, в знак солидарности с коллегами из других НПО, обозвало себя «иностранным агентом».

Теперь даже Путин уверен, что  за ними стоит Госдеп (что  лишний раз красноречиво характеризует квалификацию российских спецслужб и советников российского президента).

В январе 2014 года Михаил Аншаков вошел в «Комитет солидарности с Майданом», за что  группа то ли казаков, то ли гопников под телекамеры НТВ ворвалась в офис и пыталась там все разгромить. Нападавших полиция до сих не нашла, хотя видео погрома до сих пор можно найти в интернете в открытом доступе.

Теперь организация ведет в суде борьбу с прокурорами и Роскомнадзором, который заблокировал доступ к сайту из-за памятки по Крыму. 8 июля Общество защиты прав потребителей (ОЗПП) обратилось в Замоскворецкий районный суд Москвы с жалобой на неправомерные действия органов государственной власти: Генеральной прокуратуры РФ и Роскомнадзора.

22 июня Роскомнадзор, получив требование Генпрокуратуры о запрете интернет-сайта Общества защиты прав потребителя (ОЗПП), заблокировал его за памятку, в которой Общество советовало туристам не ездить в Крым и не покупать там недвижимость.  В частности, в памятке говорилось, что «согласно нормам международного права, данные территории являются оккупированными».

После публикации памятки Генпрокуратура РФ  потребовала от следственных органов  возбудить уголовное дело против авторов ст. 280.1 УК РФ,  а это – «публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ», что  предусматривает тюремный срок от 3-х до 5-ти лет.

По нынешним российским традициям и законам и памятка и обращение в Конституционный суд тянут на реальный тюремный срок или большие и очень большие неприятности, но Михаил Аншаков уверяет, что  в его поступке и действиях его коллег  нет никакой политики, только желание жить по закону.

Отважный юрист и правозащитник рассказал «Украинской правде» в чем смысл обращения в Конституционный суд по поводу Крыма и что заставило Общество защиты прав потребителей предостеречь россиян от каких-либо действий в Крыму.

— Что подтолкнуло вас написать памятку-предостережение для путешествующих по Крыму?

— С Крымом ситуация довольно сложная – и с правовой точки и зрения, и в плане возникающих там вопросов,  на которых у потребителей нет ответов.

С нового года к нам стало поступать все больше обращений от потребителей. Они просят разъяснить ситуацию, например, связанную с покупкой недвижимости в Крыму, с покупкой сложной бытовой техники. А в последнее время участились обращения, связанные с тем, что потребители, съездив в Крым, иногда сталкиваются с некими проблемами при получении шенгенских виз и с посещением Украины.

Как правило, посольства не отвечают на вопросы россиянам о том, что явилось причиной отказа в выдачи визы. Но в отдельных случаях, когда человек идет жаловаться, пытается как-то отстоять свои права, ему иногда консульские работники говорят: «Вы же в Крым ездили?».

Такие случае уже были при попытках получить визы в Литву и Латвию, которые мы зафиксировали. По словам потребителей, им так неофициально в беседе объяснили: «Вы же в Крым ездили, чего же вы хотите?»

Кроме того, еще в начале года Украина приняла закон о статусе оккупированных территорий, где ввела уголовную ответственность в отдельных случаях, а в общих случаях – административную ответственность за посещение Крыма без согласия украинских властей. Это тоже наложило определенный отпечаток на ситуацию с нашим туризмом. Мы решили эту ситуацию проанализировать и составили такую памятку.

Изначально она была написана сухим юридическим языком, там не было никаких политических оценок этой ситуации:  осуждающих либо,  наоборот, восхваляющих   аннексию Крыма. Там лишь был сделан вывод, что если рассматривать эту ситуацию в контексте международного права, а в России в Конституции  закреплен приоритет норм международного права, то эти территории являются оккупированными, что признается и во всем мире. Поэтому нарушение этого режима, установленного суверенными властями Украины, является нарушением и украинского законодательства, а в отдельных случаях могут последовать те или иные санкции со стороны стран, которые поддерживают Украину в этом вопросе. Пока это происходит как-то неявно, но, тем не менее, тенденция очевидна.

Обо всех этих опасностях, связанных с посещением Крыма, с приобретением недвижимости, покупкой сложной бытовой техники (в связи с тем, что оттуда ушли многие крупные компании) мы и предупредили в своей памятке.

Общественный резонанс мы ожидали, потому что эта тема  в России табуирована, при чем жестко. В России о ней вообще практически никто не решался говорить, особенно в публичном пространстве. Но мы не ожидали такой неадекватной реакции, на наш взгляд, со стороны прокуратуры. Потому что она усмотрела в этой памятке признаки состава преступления и публичные призывы к нарушению территориальной целостности.

— В России же можно попасть под удар, даже если вы говорите не «присоединение» Крыма, а «аннексия Крыма» или вообще ставите под сомнение законность всего этого.

— По закону, за это наказать нельзя. Это правоприменительная практика может быть такая искажена. Но она еще не стала такой распространенной, к счастью. Но опять, же что такое правоприменительная практика? Считать, что она появилась, можно только после того, как, например, Верховный Суд даст свои разъяснения.

— Вы могли бы уже стать жертвой какого-нибудь районного судьи или прокурора.

— В теории, да. Хотя, на наш взгляд, здесь и близко нет никаких признаков преступления, поскольку никаких призывов о нарушении территориальной целостности эта памятка не содержит.

Высказался президент России, его пресс-секретарь, многие депутаты Государственной Думы, Жириновский предлагал лишить  нас гражданства и все руководство ОЗПП выслать из страны. Обычный такой российский политический цирк.

Депутаты и политики создали определенный ажиотаж,  эта история получила серьезную огласку в СМИ. Нам это отчасти сыграло на руку, поскольку позволило ознакомить с этими советами-рекомендациями максимальному количеству людей. Но сайт наш заблокировали.  Прокуратура нас обвинила в призывах к нарушению территориальной целостности, а Роскомнадзор заблокировал сайт, усмотрев признаки распространения экстремистских материалов, что не одно и то же.

— То есть призыв соблюдать закон и быть осторожным – это уже экстремизм?

— Мы пытаемся это обжаловать. Хотя практика обжалований удручающая. У нас в России большое количество сайтов, действительно резко оппозиционных, но, на мой взгляд, не нарушающих российское законодательство в контексте Конституции, свободы слова, но и достаточно нейтральных ресурсов оказались заблокированными. Добиться в суде их разблокировки фактически невозможно.

— Зачем вы обратились в Конституционный Суд?

— В Конституционный Суд мы решили обратиться именно в связи с тем, чтобы Конституционный Суд дал оценку этой ситуации. Отчасти — это желание разобраться и привлечь внимание к этой проблеме, связанной, на наш взгляд, с  антиконституционными действиями российских властей.

— Что вы называете антиконституционными действиями?

— Принятие федерального закона о включении Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации. Так как согласно ст. 15 ч. 4 Конституции РФ у нас провозглашен приоритет международного права, общепризнанных норм международного права и международных договоров.

— И чего вы хотите добиться от Конституционного Суда?

— В идеале, конечно, мы бы хотели добиться решения его по существу, то есть признания неконституционным этого федерального конституционного закона. В наших условиях, конечно, это выглядит утопично.

— Мягко говоря…

— Да. Но,  как минимум,  я думаю вполне реально добиться обсуждения в юридическом сообществе этих вопросов, которые на самом деле достаточно актуальные и серьезные.

Ведь что на самом деле произошло? Произошло изменение конституционного строя России.

Поскольку у нас сейчас 15  статья Конституции устанавливает  приоритет  международного права, а во взаимосвязи с действующими, не денонсированными Россией международными договорами Крым – это территория Украины. То есть 15 статья говорит о том, что Крым – это территория Украины, а статья 65 говорит, что Крым – территория России.

— То есть в Конституции России есть две взаимоисключающие статьи?

— Да, взаимоисключающие, противоречащие друг другу. И поправка в 65 статью из-за Крыма принята опять же в обход другого федерального конституционного закона:  о принятии субъектов Российской Федерации. Даже не в обход, а в нарушение. То есть процедура принятия Крыма нарушила Конституцию.

— Вроде же все формальности соблюдены. Там был какой-никакой референдум, потом Совет Федерации голосовал, Госдума, президент РФ подписывал…

— На самом деле это не так. И многие этого не понимают, даже грамотные люди. Российская юрисдикция не распространяется за пределы территории России. Точно так же Конституционный Суд не может выносить своего решения в отрыве от совокупности правовых норм и взаимосвязей с другими международными договорами.

Я поясню, что это значит. Когда Конституционный Суд рассматривал конституционность договора о присоединении Крыма и Севастополя, помимо прочих процессуальных нарушений (на все это положили, грубо говоря) он вышел за рамки своей юрисдикции.

Это не юрисдикция Конституционного суда РФ определять, кому принадлежит территория за пределами России. Юрисдикция России на границах заканчивается. Что определяет границы России? Межгосударственные договоры. С Украиной до сих пор действует и  не денонсирован договор о границе. И куча других договоров, которые определяют Крым как территорию Украины. Эти договора не были денонсированы, они имеют приоритет. Присоединить Крым невозможно никак, не расторгнув предварительно эти договора. А что значит расторгнуть? Это отказаться от международнопризнанных границ.

— Давайте пойдем от обратного, чтобы не запутать наших читателей. Как должен был выглядеть, с вашей точки зрения, юридически безупречный процесс присоединения Крыма к России?

— В полном соответствии с нашей Конституцией.

— То есть что должны были сделать?

— Первое, получить согласие украинских властей.

— То есть в Крыму должен был пройти референдум с согласия Киева, Верховная Рада должна была утвердить итоги референдума…

— Да, и после этого можно было включать Крым в состав России, расторгнув или изменив, внеся поправку в действующие международные договора. Потому что происходит следующее: российская юрисдикция не распространяется на эту территорию, Конституционный суд не в праве был вообще оценивать этот международный договор о присоединении с этим неожиданно возникшим псевдосубъектом международного права в отрыве от других действующих договоров.

При чем это было сделано настолько юридически безграмотно, что просто вызывает некое недоумение – их там что ли заставляли под страхом пытки это делать?

— Да, это было политическая целесообразность.

— Все равно Конституционный суд  эту политическую целесообразность из предыдущей практики какими-то процедурами старался прикрыть. А здесь произошло грубое, откровенное нарушение самой Конституции, фактически у нас сменился конституционный строй.

— Я думаю, что Конституционный суд и вашу жалобу проигнорирует …

— Конечно, мы это предвидим. Он по политическим соображениям будет искать основания того, чтобы отказать в удовлетворении этой жалобы. Но привлечь внимание юридической общественности к этому вопросу сейчас достаточно важно, надо снять табу.

— Это атака на ветряные мельницы.

— Тем не менее, общественное мнение влияет на принятие решений, так или иначе, может быть, не сейчас, а в будущем. Потому что сейчас, действительно, многие грамотные люди, юристы не понимают всей подоплеки этого процесса и считают, что «ну, может быть, чуть-чуть где-то что-то там, процедура да, но в принципе есть право нации на самоопределение и все произошло в соответствии с этим правом нации на самоопределение». На самом деле,  это право нации на самоопределение нельзя рассматривать в отрыве от принципов территориальной целостности и нерушимости границ. Это два принципа, которые нельзя рассматривать в отрыве один от другого. Иное – это просто чистая демагогия.

— Но с другой стороны, эта юридическая казуистика  никому не интересная. Есть же правда жизни. А правда жизни для россиян заключается  в том, что «Крым – наш» и 89% кричат, что «Крым – наш» и «вернулся в родную  гавань» и им глубоко наплевать на юристов с их законами.

— Что значит «Крым — наш»? Он,  действительно,  является территорией, которая контролируется российской администрацией.  Но юрисдикция России на эту территорию,  с точки зрения норм и принципов международного права, не распространяется. Все правовые акты, которые там принимаются, могут быть оспорены, если они выходят за пределы этой территории, и в дальнейшем они тоже могут быть оспорены, если мы вернемся к изначальному конституционному строю и устраним  явные противоречия в Конституции. Сейчас Россия — государство, которое не имеет международнопризнанных границ. Одна статья говорит, что у нас одни границы, другая статья – другие.

Там еще есть забавная подробность. Ладно, Автономная республика Крым вошла в состав РФ, но город Севастополь как очутился в составе Российской Федерации? Он имел особый статус, это был город федерального значения в составе Украины. При чем,  договор о присоединении с Путиным подписал некий Алексей Чалый, бизнесмен, российский гражданин, не имеющий украинского гражданства, назвавшийся народным мэром Севастополя.

Должность мэра не предусмотрена уставом города, тем более народного мэра. То есть вообще присоединение Севастополя было прикрыто непонятной юридической процедурой — подписью российского бизнесмена с российским паспортом под якобы межгосударственным договором с Путиным и Россией. Это нонсенс.  И сама процедура принятия решения тоже сопровождалась захватом Крыма некими «зелеными человечками»…

— Потом они признали, что это все-таки российские войска, Путин уже этого не скрывает.

— Россия даже не отрицает  само вторжение. То есть она настаивает, что это было сделано с целью обеспечения безопасности, но прав таких не было.  Украина не давала разрешения на использование войск на своей территории. Поэтому это подпадает под определение «военная агрессия». Референдум в таких условиях, в условиях фактически вооруженного вторжения, оккупации не имеет юридического значения.

— Задам типичный вопрос чекистов и прокуроров: вам, Михаил, лично зачем это все нужно, чего вы добиваетесь? Вы — российский гражданин, живете в Москве, занимаетесь защитой прав человека. Помогаете людям получить обратно деньги за поломанную машину. Благородное, нужное дело. Ну так и занимайтесь сложной бытовой техникой и вороватыми риелторами. Зачем Вы лезете в это болото? Опять Обама прислал вам указание?

— К сожалению, Обама ничего не прислал (Смеется — прим. автора).

У нас считается, что присоединение Крыма полностью соответствует государственным интересам.

Я с этим абсолютно не согласен. Я считаю, что мы ничего не присоединили, мы только оккупировали. У нас  Конституция  демократического государства, а не Конституция империи, стремящейся к расширению. Это входит в диссонанс.

Составители Конституции, которые ее в 1993 году писали, не предусматривали, не закладывали в систему конституционного права возможность что-то там аннексировать.

По Конституции, мы — демократическое государство, уважающее нормы и принципы международного права. Это соответствует нашей Конституции, нашему укладу, правовой системе, значит и нашим целям, интересам, задачам Российского государства.

Мы должны оставаться в рамках этой цивилизации, а не становиться изолированным обществом, которое будет отделяться от существующей цивилизации.

— Но 90% российского населения с вами не согласны, они считают вслед за Путиным, что присоединение Крыма – это и правильно, и выгодно, и хорошо. Вы идете против толпы.

— Я бы не сказал, что 90%. По моим ощущениям, все-таки цифра несколько завышена. Но я согласен, что их большинство.

— При чем подавляющее….

— Это, естественно, влияние пропаганды. Потому что население просто не понимает всех пагубных последствий этого присоединения. Раньше российский гражданин свободно, без виз мог поехать в Крым и отдыхать там, сколько угодно.

— Сейчас то же самое: покупает билет, летит, вообще без виз, без границ.

— А сейчас тебе потом визу  в Европу могут и не дать.

В ту же Украину могут не пустить. В Киеве, например, транзитом через аэропорт летишь, подойдут и скажут: «Пройдемте, товарищ». Такая опасность есть. Раньше-то я мог уехать в Крым и свободно отдыхать, а сейчас уже надо оглядываться.

Раньше, например, я мог купить себе недвижимость в Крыму, квартиру в Ялте, а сейчас я уже не могу этого сделать. Не только потому, что заблокирован доступ к базе данных украинского госреестра, но и в принципе Украина может расценивать на вполне законных основаниях, что я совершаю противоправный захват собственности.

— Либо спустя 10, 20 или 50 лет  произойдет реституция, придут и заберут назад.

— Совершенно верно. Раньше у меня было больше возможностей посещать Крым, отдыхать там без всяких виз, приобретать там недвижимость и не иметь никаких проблем. На счет такого приобретения тезис весьма спорный.

— Пока украинское государство не очень активно преследует россиян за Крым…

— Им сейчас не до этого. У них другие задачи на повестке дня. Хотя на нас уже выходили группы волонтеров с Украины, которые говорят, что еще до нашей инициативы уже собирали сведения о россиянах, которые посещают Крым, для передачи украинским властям. Сейчас они хотят эту работу активизировать. Понятно, что в Украине государство достаточно неповоротливое, забюрократизированное и неэффективное, но там волонтерское движение достаточно сильное и активное.

— Вы идете против толпы россиян…  

— Это не впервой.

— Она сметет вас. Вы не боитесь? Сейчас в России запредельный уровень агрессии.

— Все равно кому-то это надо делать. Для нас эта ситуация достаточно привычная. Заниматься правозащитной деятельностью в России – это нужно быть заранее готовым.

Мы не получаем ни деньги, ни гранты, ни финансирование из-за рубежа. Три года назад, когда принималось законодательство об иностранных агентах, мы у себя на сайте в шапке сайта, на форуме и во всех материалах стали указывать «иностранный агент». Если пройти по этой ссылочке, есть достаточно подробное объяснение, с чем мы не согласны, наша позиция по этому законодательству об иностранных агентах. Мы это сделали в знак солидарности с другими НПО три года назад. Тогда также была кампания шельмования: «агенты», «шпионы», «предатели».

Что показательно? Тогда наш поступок  не так активно заметили: кто-то тоже высказывался в поддержку, кто-то с критикой. А когда произошла история с Крымом, естественно, это вышло на первый план, все государственные СМИ начали называть нас «иностранным агентом», даже Путин озвучил это на заседании Общественной Палаты. Это смешно.

— Явно какой-то полковник ФСБ принес ему  справку со ссылкой на свои достоверные источники.

— Да, по сообщению агента Пупкина.

— За нынешнюю деятельность – за памятку и  обращение в КС —  вам не угрожают набегов казаков?

— Угрожают постоянно. Это и обычный тролинг в соцсетях, и по телефону достаточно много было звонков в первые дни после выпуска памятки. При чем,  звонки такие хорошо поставленные, срежиссированные. У нас же в Москве существует организация АнтиМайдан, она объединяет маргинальные группы, которые пытаются бороться с каким-то врагами, а мы для них  достаточно раздражающий фактор.

— На что вы живете?

— Нам-то как раз в плане жизни достаточно просто, поскольку закон о защите прав потребителей дает нам возможность зарабатывать деньги юридической практикой, экспертными услугами, а кроме того по ст. 13 закона о защите прав потребителей в случае удовлетворения иска судом мы получаем 50% от суммы этого иска.

— То есть машина плохая, йогурт испорченный…

— Все, что угодно. Сложная бытовая техника – это основное. Сгорел холодильник, телевизор, музыкальный центр сгорел, и отказывают в ремонте. Автомобили, недвижимость (имеется в виду недострои)… Выиграли иск, 50% идет нам как представителю. Это позволяет нам быть абсолютно независимыми от грантов: мы никогда не гонялись ни за российскими, ни за зарубежными грантами, потому что нам достаточно тех денег, которые мы зарабатываем юридической практикой.

— Сколько у вас юристов работает?

— В Москве у нас работает где-то порядка 15 человек – это московский офис. Но есть еще региональное отделение.

— Вы не выглядите богатым человеком.

— Это, конечно, не сверхдоходный вид заработка.  Обычный юридический бизнес был бы, наверное, доходнее.

— Я бы сказал, что юридический бизнес по оправдыванию аннексии Крыма был бы значительно доходнее.

— Безусловно. Тем более, что примеров этого более, чем достаточно.

— Наблюдая за тем, что происходит, на чьей стороне ваши симпатии:  украинцев и Майдана или…

— Безусловно, на стороне украинцев и Майдана. Я считаю, что в Украине действительно произошла антикриминальная революция. Это огромное событие на постсоветском пространстве. От того, как Украина сможет провести реформы, насколько эффективной будет модель, которую она выбрала, и насколько она может активно интегрироваться с европейским обществом, каких успехов достигнет, зависит и судьба России.

Источник http://www.pravda.com.ua/rus/articles/2015/07/9/7073930/?attempt=1